Музей магических артефактов

Эх, надо было сразу же прихватить ведро и тряпку! Ладно, сходим.

Рита принесла снизу ещё одно ведро и запас тряпок, закрыла за собой дверь и принялась вытирать пыль. Письменный стол – большой и широкий, покрытый тёмно-вишнёвым лаком. На стене – часы с маятником, стоят. Не те ли самые, которые ей тут тренькают по всякому поводу?

Рита влезла на стул, сняла короб со стены, тщательно протёрла пыль снаружи и осмотрела. Корпус часов закрывался на крючок, и тот крючок даже не проржавел, открылся без вопросов.

Внутри лежал ключ, очевидно – им можно попробовать завести часы. После обеспыливания часовых внутренностей она так и сделала – вставила ключ в отверстие и несколько раз повернула до упора. Подтолкнула маятник. Часы подумали немного и послушно затикали. Отлично.

Она закрыла крышку, вернула часы на стенку и попутно смахнула тряпкой очередную порцию паутины.

Наконец-то удалось сформулировать свои ощущения – от дома, и всего, что вокруг него крутилось.  Как будто ей пришлось принимать чьё-то чужое хранение, а хранитель уволился и сбежал, теряя тапки, потому что не вынес придирок начальства, объёма работы, треснувших пальцев и маленькой зарплаты, а может – и чего-то одного из этого списка.

И вот ты стоишь на пороге и смотришь – вроде даже порядок, и все предметы по полкам и шкафам разложены, и даже подписано – что и где, но копнёшь чуть глубже – и оказывается, что на этой полке в описи перечислено не всё, на эти предметы вообще никаких описей не составлено, часть предметов всегда на выставке, дома не ночует и ни в какие документы не попали, кроме актов приёма в какие-то лохматые годы, о которых уже и не помнит никто. И от тебя ждут, что ты с полоборота во всём разберёшься, будешь на выставки всё быстро выдавать, и всю документацию вести, как надо, а ты смотришь и понимаешь, что даже чтобы просто каждый предмет в руках подержать, нужно столько времени, сколько у тебя никак нет. Но надо – уже, тебя ждут и подгоняют. И ты слушаешь о том, как у тебя всё плохо и запущено, и какой ты негодный хранитель, потому что не можешь порядок в своих предметах навести. А ты вроде и можешь, и даже – берёшь и понемногу делаешь, но всё равно недостаточно. Кто-то из начальства понимает, и ничего не говорит. А кто-то – нет, и не считает нужным. И ты крутишься, как можешь.

И здесь, кажется, есть что-то похожее. Только начальства у Риты теперь нет, и плана работ нет, и нормы внесения информации в каталоги нет.