Музей смерти

Утром следующего дня их взяли…

– Но эти две смерти вряд ли связаны с нашим делом… – засомневался я.

– Они никак не связаны с нашим делом, – отрезал Якушин. – Иначе мы нафантазируем себе гору всяких невероятностей. Но тенденцию наблюдаете? Все против нас.

– Но подождите, – зачастил я, – теоретически можно отыскать дружков бомжа, с которыми он пил свою последнюю водку. Он наверняка болтал, мог проговориться, где нашел крест. Впрочем, если допустить, что дружки уже сидят, все становится сложнее…

– Поднять городские архивы, старые реестры, рабочую документацию похоронных контор Новониколаевска? – предложила Варвара.

"– Это было не кладбище, – возразил Якушин, – большая вероятность, что это одиночное захоронение в лесу. Что-то глаза у тебя заблестели, Варя, – подметил Якушин. – Даже не думай об этом. Собралась на очередной контакт «близкого вида»? Хочу тебя огорчить – ты видишь лишь глазами ЖИВОЙ Марии Власовой.

– Я уверен, можно отыскать концы, – настаивал я. – У Крыленко были коллеги, люди знали, что он нашел плиту, которую впоследствии отвез в музей. Пусть не было свидетелей, но он мог обмолвиться, где ее нашел. Он же не в вакууме в тот день работал – с людьми!

– Вот и славно, – кивнул Якушин. – Я верю в вас, Никита Андреевич.

Мы снова сидели в одной машине – словно ничего не изменилось. Я вертел баранку, высматривая в окружающем пространстве враждебные «мелочи». Варвара извлекла из сумочки планшет, вставила сим-карту и радостно проурчала:

– Ну здравствуй, дорогой Интернет.

Я покосился на ее довольный профиль.

– Думаешь, он скучал?

Она не обращала на меня внимания, что-то бормотала, включала зачем-то навигацию, определяла свое местоположение.

– Мы всегда должны знать, в каком месте мы находимся, – заявила она.

– Мы давно находимся в одном месте.

– Фу, какой ты грубый солдафон, – поморщилась Варвара. – Так, я, кажется, нашла.