Никто и звать никак

Дик привычно взял меня за руку и потащил вдоль берега. Метров через пятьсот берег стал меняться. Меньше камней, больше почвы, более пологий спуск. И даже кривоватые деревья на склоне. Так что к морю мы вышли быстро. А вот место для стоянки искали почти до вечера. Я не понимала, что не устраивает Дика! Он пытался что-то показывать жестами, я задавала вопросы, но, очевидно, не те, что нужно.

— Опасно? Охотники?

Отрицание.

— Костер с моря увидят?

Отрицание.

Я не понимала, что еще спрашивать! Потому решила замолчать и ждать.

И мы шли по берегу, где это было можно, или поднимаясь на скалы, где берега не было. Дважды мы возвращались по своим следам — не было подъёма на верх. Один раз я нашла отличную пещеру. Один раз небольшую пещеру нашел он сам. Но и эта его не устроила. Спорить я не стала. Там было кострище. Оно выглядело старым, но кто знает…

Трижды за день мы видели идущие не слишком далеко от берега корабли. Большие суда с несколькими парусами.

Место для житья Дик нашел только к вечеру.

И до меня, наконец-то, дошло, что именно его не устраивало — отсутствие питьевой воды. Так-то, здесь были и речушки, и ручьи, которые бежали к морю. От жажды мы не страдали. Но от предлагаемых мной мест они были далековато.

Берег, где мы остановились, был не слишком широк. До воды метров шесть, не больше. Пополам песок и галька. Довольно крутые берега, камень, по которому не понятно — заберешься наверх или нет. Ну, по крайней мере, с моря не заметно. За торчащим высоким камнем, выше человеческого роста, был низкий проход в пещеру.

Его и с берега то было не видно, пока не подойдешь, а уж с моря — век не догадаешься! А по скале, метрах в двух от входа, сбегала небольшая струйка воды. Она уже выдолбила в камне у подножия маленькое озерцо. Чистая, пресная вода. Очень вкусная.

— Мы остаемся тут?

Кивок и Дик сбросил заплечный мешок.

— И можно сделать костёр?

Он улыбнулся и снова кивнул. Показал мне жестом, что бы я сбросила поклажу и поманил за собой. И еще дал мне в руки тряпку для травы.

"

"Мы вернулись наверх, на скалу, и переход был довольно близко от нашего будущего ночлега и зашли в лес. Дик оставил меня на полянке, велев собирать кислую траву и ушел. Это было… Это было несколько тревожно. Я привыкла, что теряю его из вида, только когда ухожу в туалет. А Дик все не шел и не шел! Пучок травы превратился в большую охапку. Еще я набрала несколько десятков листьев местного лопуха. На солнцепеке, без деревьев, их было множество.