Никто и звать никак

— Калина, это только справедливо. Дом действительно твой. И ты вольна поступать с ним так, как захочешь. Я соглашусь с любым решением.

— Ригер фон Крейг, я хотел бы выкупить этот дом у вашей жены.

Тут уже удивились мы оба.

— Гомиро тер Ванг…

— Ригер, я на «ты», как с кузиной, с твоей женой. Может быть оставим официоз и будем разговаривать так, как будто мы выезжаем коней?

— Хорошо, я не против. Но скажи, зачем тебе этот дом?

— Моя сестра скоро выходит замуж. Жить они с мужем будут в Вергии.

Муж — подданный цезуса. Но он второй сын высокородного и родовое гнездо ему не достанется. Матия девушка спокойная, не слишком любящая светские развлечения. Думаю, после ремонта этот дом, как часть ее приданного, обретет новую жизнь. Корни нашей семьи все равно идут отсюда… Подумайте, обсудите, я не тороплю вас. Кроме сада и дома я смогу выкупить еще небольшой лесок у соседей и, надеюсь, все же поместье возродится.

Все разошлись по своим комнатам и в доме наступила гнетущая тишина…

Ригер спросил меня, не хочу ли я проехаться до местного рынка.

Он собирался узнать, когда будет караван. Здесь они ходили далеко не каждый день и было разумно побеспокоится заранее. Но мысль о том, что я приеду и меня начнут рассматривать с любопытством, как наследницу и сплетничать меня не радовала.

— Нет, Ригер, если можно, съезди один. Я лучше выйду в сад.

Место я выбрала там, где обычно ставили кресло отца. Даже следы от ножек остались в траве…

Я растирала в пальцах травинки, вдыхала сладковатый и терпкий запах, мяла какой-то цветок и все не могла понять… Хочу ли я, что бы та девочка жила в этом доме? Она молодая, наверняка избалованная… Она привыкла к рабам и послушанию.

Но ведь в этом нет её вины? Кто знает, какой бы выросла я, если бы родилась, например, в шестнадцатом-семнадцатом веке на юге? Там, где черных рабов было как бы не больше, чем свободных белых… Возможно, я так же, как и Скарлет, считала бы, что это единственный возможный порядок в мире…

— Ты не против, если я посижу с тобой?

Я подняла глаза, Гомиро стоял рядом и через руку у него был перекинут плед.

— Садись, но я просто не представляю, о чем говорить с тобой…

— Хочешь, я расскажу о моей сестре?

— Ну, давай…

— Ей шестнадцать лет, она очень милая и добрая девочка. Но совершенно не практичная. Любит конфеты и читать сказки. Обожает новые наряды и умеет красиво вышивать.