Никто и звать никак

Вряд ли в таком состоянии ему годится свиной окорок или, например, вареные яйца. Пожалуй, нужно узнать это в первую очередь. Я собиралась скрасить ему последние дни на столько, на сколько смогу.

Когда принесли горячее, Гомиро сказал:

— Ступай, Векс, дальше мы сами справимся.

Векс поклонился и вышел.

— Ригер фон Крейг, я приношу вам свои извинения, за то, что распоряжаюсь в доме, но думаю, нам стоит сейчас поговорить без слуг и прояснить ситуацию.

Мне, что примечательно, никаких извинений никто не приносил…

— Наши семьи, мою и вашей жены, связывает очень дальнее родство.

И, не скрою, брак был бы обоюдно выгоден нам. Но раз уж так случилось, что вашу жену сочли погибшей… Ваш отец, шталь Крейг — Гомиро смотрел теперь прямо мне в глаза — высокородный Хардус фон Райзен, прислал мне письмо и пригласил сюда. Он хотел оставить мне титул. Я понимаю, как это все неловко выглядит сейчас, но поверьте — я искренне рад, что вы живы. Разумеется, раз за дядей есть кому приглядеть теперь, то через неделю или полторы я отправлюсь домой. Все зависит от того, когда в порт вернется мой корабль. Меня известят.

Ригер некоторое время молчал, потом спросил:

— Судя по всему, тер Ванг, вам пришлось потратить на дом некоторую сумму. Не откажите в любезности составить счет. Мы оплатим его.

— Шталь Крейг, не стоит оскорблять меня подозревая в мелочности.

От злости у Гомиро раздулись ноздри, но он старательно и медленно выговаривал слова:

— Я застал своего, пусть и очень дальнего, родственника в неподобающих условиях и сделал все, что мог.

Сейчас эта обязанность перейдет к вам, но это не значит, что я буду как торгаш высчитывать, сколько и за что мне должны. Помощь — это помощь, а не торговля.

Все это время Ригер внимательно смотрел в лицо Гомиро. Мне, с боку, было видно только его профиль, но казалось, что злится он по-настоящему. Ригер кивнул головой.

— Гомиро тер Ванг, приношу вам свои извинения.

Ужин был продолжен в полном молчании…

Комнаты, которые нам с Ригером наспех приготовили, так же были чисты и требовали ремонта.

Нита суетливо раскладывала вещи на пустых полках гардеробной. Я плотнее прикрыла дверь.

Не то, чтобы я ей не доверяла… Но лучше никому не знать лишнего.

Старый выскобленный стол, что поставили к нам в комнату, вполне мог служить когда-то на кухне, а кресла с потертой обивкой явно достали из какого-то хранилища. Обстановка была явно с миру по нитке. Думаю, и дорогой ковер и кресла и белье в комнате отца оплачено этим самым родственничком.