Мусорщик

Да и не собирался я бросать людей, помогу, чем смогу.

Закрыв флаер и поставив его на охрану, я сразу взял средний крейсерский ход, направляясь к обломкам корабля. При приближении я обнаружил повозки и пасущихся тягловых животных. Это порадовало, значит, спасённая часть экипажа добралась до упавшего корабля, а то я беспокоился. В экипаже оказалось очень много молодёжи без опыта работы на планете, так что не знаю даже, как они себя поведут. Базы знаний для выживания у них, конечно, есть, но их ещё надо уметь применить на практике.

Опыт и уверенность приходит с годами.

Меня обнаружили за два километра, дроид-разведчик, что уже крутился над обломками сразу засек часового и тот забил тревогу.

— Что-то их мало, — пробормотал я, подсчитывая выживших. Если судить по ним у корабля лагерем стояло шестнадцать человек. Если учесть тех, что могут находиться во внутренних отсеках корабля, собирая средства для выживания, народу было мало. На таких крейсерах экипаж до двухсот человек. Крейсер был авианосным.

Меня засекли визуально, поэтому приблизившись ещё на километр, я поднял руку и согнул ее в локте, чуть не стукнув кулаком по макушке шлема.

Это был тот знак опознавания, насчёт которого мы договорились с пилот-лейтенантом Ларсом Иго. Он кстати находился среди рассредоточившейся группки выживших, рядом с пожилым мужчиной в рваном комбинезоне со следами огня на нём. Слегка седовласая шевелюра мужчины тоже имела следы встречи с огнём. Судя по знакам различия, это был старший офицер в звании флаг-майора. Я даже гадать не стал кто это, на плече у него был знак капитана корабля.

Лейтенант заметил моё движение рукой и, наклонившись к капитану, что-то сказал ему. Тот кивнул. Иго встал и, повесив автомат на плечо, энергичным шагом направился ко мне. Сам я после того как указал опознавательный знак остался на месте, ожидая парламентёра для подтверждения что я это я.

— Добрый день! — крикнул он, приблизившись метров на тридцать пытливо разглядывая мой скаф. «Призрак» был полностью загерметизирован, даже бронестекло шлема было затемнено, поэтому лейтенант опасался, что в таком виде к ним мог подойти кто-то чужой.

Поэтому пришлось осветлить шлем, чтобы тот стал прозрачным и лейтенант мог меня опознать.

— И тебе не хворать, — ответил я, с трудом подавив кивок. — Почему людей так мало?

— Все кто выжил, господин полковник, — вздохнул Иго.

Активировав открытие скафа, я вышел наружу и пожал лейтенанту руку, тот знал это приветствие, поэтому спокойно ответил, без удивления.