Мумия блондинки

Гунтер приложил голову из воска к бюсту, потом осторожно стал обшаривать матрац из белого шелка, на котором лежал манекен. Он приподнял его и стал осматривать доски, на которых тот покоился. Потом ударил по ним согнутым пальцем. Бассович со вниманием наблюдал за этими манипуляциями.

— Вы предполагаете, что там есть двойное дно?

— Похоже на то.

— Да-а! — задумчиво протянул Коста.— Это, действительно, сможет объяснить многое.

Они медленно принялись за работу: переложили манекен и прекрасное платье на пол, осторожно вынули подушку и шелковый матрац и стали рассматривать низ гроба.

Гунтер тщетно пытался просунуть лезвие ножа между досками. Потом сантиметр за сантиметром он обследовал болты, которыми было прикреплено дно гроба. Он увидел, что их два в голове гроба и только один — на всю остальную площадь дна. Гунтер их отвинтил — болты легко поддались. И сразу верхняя часть отошла, и две планки скользнули одна под другую.

— Что в нем, по вашему мнению? — заинтересованно спросил Коста.

— Мне кажется, я начинаю догадываться,— ответил Гунтер.— Как вы думаете, Коста, вы сможете открыть его, не слишком попортив?

Бассович взял ящик и внимательно его осмотрел.

— Полагаю, что да.

Бассович был своего рода виртуозом в искусстве вскрывания замков. Это был его конек, вкупе с упражнениями памяти и допросами. Он достал из своего специального пояса целый набор металлических крючков и небольших ключей и принялся за замок. Понадобилось немногим более пятнадцати минут, чтобы замок сдался.

Бассович откинул крышку. В ящике лежал матерчатый мешок, и Коста протянул его Гунтеру, который высыпал содержимое мешка в шкатулку.

— Знаменитые драгоценности Мерседес Руйц-Ибарра! — воскликнул Бассович.

— Совершенно точно,— подтвердил Гунтер.— Знаменитые драгоценности, которые она носила «для большей славы народа».

Он взял один из бриллиантов и рассмотрел его. Камень был замечательной чистоты.