Мрачный Взвод. Моровое поветрие

После обряда на крови они связаны обещанием, а это значит, что как бы ни тосковал Лука по волкодлакам, как бы ни хотелось ему жить большой семьей с теми, кто его понимает, но сам бы он никогда Владлена не оставил, никогда бы не ушел. Но если друг от него откажется, если велит уходить…

– Так прогони меня, – зло бросил Лука. – Вели уйти и не возвращаться.

Владлен побледнел, на белом лице только глаза остались – большие, испуганные.

– Ты что говоришь такое?! – неожиданно рассвирепел он.

Лука не ожидал, что Владлен его за грудки схватит, трясти примется, а потом и вовсе толкать начнет.

– Сколько раз я должен сказать, что для меня только одно важно – твое счастье?! И пусть я не понимаю твоих волкодлачьих мыслей, пусть в законах ваших стай ничего не смыслю… Расскажи! Богами заклинаю: просто расскажи, что мне сделать, чтобы ты был счастлив! Я ведь не дурак, знаю, что обряд ты провел впопыхах, вижу, как смотришь в сторону леса! А ты скрыл от меня знакомство с волкодлаком, не рассказал, что рядом стая… Неужто думал, что я запрещу тебе с ними дружбу водить?!

В сердцах Владлен ударил кулаком в стену, Лука почуял кровь, но отвести взгляд от раздосадованного друга не посмел.

Никогда Лука его таким серьезным не видел, никогда не чувствовал в нем столько силы. В глазах светлых не осталось веселья, только холодная ярость, и как никогда Владлен был похож на охотника Мрачного Взвода, на того, кто поборол упыря, на того, кто меч за спиной носит не чтобы покрасоваться, а чтобы убивать.

– Я не скрывал от тебя ничего, – выдохнул Лука. – Просто рассказать не успел.

– Ага, – буркнул Владлен.

– Ты сколько медовухи в ту ночь выпил? Едва до кровати дошел! А тут я со своими историями…

– Знаешь, я все чаще думаю, что ты не меньший дурак, чем я сам.

Владлен устало потер лицо; кровь из разбитых костяшек запачкала рукава рубахи. Пропал воин, перед Лукой снова стоял его друг, уставший, расстроенный и одинокий.

– Давай помогу с рукой, – предложил Лука.

– Только если расскажешь, как твоя встреча с волкодлаками местными прошла.

– Боюсь, одновременно не смогу.