Мрачный Взвод. Моровое поветрие

– Даная, – тихо позвал Лука, присев рядом с ней на корточки. – Проснись.

Она тут же открыла глаза и резко села.

– Пришел в себя!

Обхватив его лицо ладонями, Даная звонко чмокнула Луку в щеку и прижалась лбом к его лбу.

– Как же мы боялись, что потеряли тебя!

Удивленный, Лука медленно отстранился и спросил:

– Когда мы вернулись?

– Так три ночи назад. Владлен притащил тебя на себе, сказал, что с Чеславой покончил, и кинул на землю ее голову. Знаешь, это было дико даже по нашим меркам.

– А остальные вештицы?

– Всех отловили.

Не дав Луке ответить, Даная прижала ладонь к его груди и блаженно прикрыла глаза.

– Сильное, – едва ли не промурлыкала она. – Долго жить будешь."

"– Владлен больше ничего не говорил? – Он осторожно отвел руку Данаи в сторону.

– Сказал, что рыжая зарезала Станислава, – отозвался Ораз хриплым после сна голосом. – Рад видеть тебя стоящим на ногах.

– Я тоже рад, что мы пережили ту ночь, – ответил Лука. – Многих потеряли?

– Наши все целы, хотя кое-кому досталось. Вот ратники почти все полегли. И пса одного потеряли, рыжий охотник сокрушался два дня, – сообщила Даная.

– Понял. – Лука задумался.

– Ты выглядишь не шибко радостным для того, кого из Нави за хвост вытащили, – заметила волчица.

– Пока не понимаю, что чувствую, – признался Лука.

– Захворавшие продолжают умирать, но о новых случаях не слышно, – ответил Ораз. – Царь велел возвращаться в город, вчера все по домам разошлись.

– Дымом пахнет, – заметил Лука. – Снова погребальные костры жгут?

– Да. Непозволительно много народа умерло, – вздохнула Даная. – Куда теперь, вожак? Раз хворь отступила, можем остаться на прежнем месте, подумать, что дальше делать.

– Не называй меня так, – попросил Лука. – Я ведь говорил, что не хочу вести стаю.

– Сделанного не воротишь: ты убил предателей – тебе и властвовать. – Даная пожала плечами. – Без тебя мы к Ныгмет не вернемся.

– Боитесь?

– А то! Она нас так своей палкой отходит, что мы сидеть не сможем.

– И обратно отправит, – добавил Ораз. – Так что куда ты, туда и мы.

– К тому же сердце твое теперь при тебе, – добавила Даная. – Не связан ты больше клятвой, снова вольный.