Мститель

И я знаю, что это не блажь самоуверенного мальчика — обозначить меня как свою территорию — а именно тот жест, с помощью которого обычно без слов говорят «я с тобой».

Хотя его уверенность в том, что Олеся тоже моя сестра, больше нервировала меня, потому что для меня признать наличие ещё одной близняшкой означало согласиться с тем, что мои родители сломали ей жизнь, а нас с Яной обманывали с самого начала, потому что сами не знать про неё никак не могли.

Родители вместе с сестрой чаёвничают на кухне, которая сейчас почему-то кажется мне меньше; раньше мы вчетвером принимали участие в этом своеобразном ритуале, куда всем остальным путь был заказан — только члены семьи и всё такое — и вот я привела Егора в святая святых, хотя ради этой традиции даже Яна не пускала сюда Андрея.

Наверно, поэтому лица всех троих вытянулись от удивления, а не потому, что я пришла не одна. А вот лично меня беспокоили совершенно другие вещи: откровенный ужас задать самый пугающий вопрос и какой-то нелепо-детский страх познакомить парня с родителями.

Пока на меня смотрели удивлённые лица членов семьи, мои уши заложило от грохота бьющегося сердца; кровь стучала в висках, грохотом отдаваясь в барабанных перепонках; меня бросило в жар — вплоть до того, что покраснели щёки, хотя вдоль позвоночника ползли ледяные мурашки. Понимаю, что реакция на происходящее у меня какая-то нездоровая, но не могу сделать ничего, чтобы угомонить сошедший с ума орган до тех пор, пока почуявший неладное Егор не начал растирать мои предплечья ладонями.

— Дыши глубже, — слышу тихий шёпот на ухо.

Делаю вдох, только теперь осознавая, что невольно задержала дыхание, и открываю рот, но алфавит будто стирается из памяти гигантским ластиком — совершенно не понимаю, как складывать буквы в слова, а слова в предложения. И вот пока я строю из себя мумию, отец теряет терпение.

— В чём дело? — его глаза бегают от меня к Егору и обратно, а после подозрительно сужаются.

От подобного, странно логично-нелепого обвинения у меня отваливается челюсть, зато я получаю возможность быстренько прийти в себя и собраться наконец с мыслями.

— Что? Вовсе нет! — чересчур эмоционально возражаю и против воли краснею. — Я вовсе не это хотела сказать.

— Тогда чего ты мнёшься в коридоре? — К «расследованию» подключается мама. — У тебя такой вид, будто ты что-то натворила.