Мститель

Егор вновь сосредотачивает на мне своё рентгеновское внимание.

— И почему мне кажется, что идти на вечеринку ты не настроена?

Фыркаю в ответ на его прозорливость.

— Может потому, что так и есть?

Его лицо приобретает оттенки обречённости и просьбы одновременно.

— Но ты не можешь не прийти, — не соглашается он на мой отказ. — Либо ты идёшь туда, либо я приеду к тебе, и ты будешь вынуждена представить меня своим родителям в качестве жениха, потому что я планирую остаться у тебя на ночь.

От подобного наглого заявления мой рот удивлённо распахивается, от перспективы знакомства Егора с семьёй почему-то затапливает паника, а от осознания того, что всю ночь он планирует явно не в шахматы со мной играть, тело загорается огнём. Мозг лихорадочно пытается найти выход из ситуации, но Корсаков со знанием дела загнал меня в угол, так что из двух зол пришлось выбирать меньшее.

— Хорошо, я приеду, — сдаюсь в его власть, и Егор не упускает возможности сполна насладиться своей победой, потянувшись к моим губам.

Даю себе возможность насладиться своей маленькой слабостью перед поцелуями с этим парнем, потому что сердце уже давно решило за меня. Не собираюсь бороться с Егором и впускаю его язык в свой рот, захлёбываясь в одурманивающих разум ощущениях, которые дарит этот уровень близости с любимым человеком. Поцелуй заканчивается слишком быстро, но я ещё не сполна насладилась вкусом Егора, поэтому, едва он собирается отстраниться, хватаю его за шею и продолжаю поцелуй, скользнув собственным языком в рот парня.

Как жаль, что вокруг столько свидетелей.

И как жаль, что во мне нет того стального стержня, который бы позволил мне равнодушно помучить парня полным безразличием перед окончательным прощением.

Отпрянуть от парня мне помогает чьё-то насмешливое покашливание.

Кирилл.

— Если не приедешь, я выполню свою угрозу, — бросает Егор напоследок и, лукаво блеснув глазами, уходит к своим парням.

А мне не остаётся ничего, кроме как топать на четвёртую пару, на ходу копаясь в гардеробе.