Мститель

 — Ты не виновата в том, что четыре года назад у меня не хватило смелости рассказать тебе правду. Так что тебе не за что извиняться.

— Вообще-то, есть за что, — не соглашаюсь. — Но сначала хочу узнать, что именно ты не рассказала мне тогда."

"Мы с сестрой приземляемся на мягкие стулья на кухне, и ближайшие полчаса я пытаюсь отойти от полнейшего шока, когда узнаю, что у меня четыре года назад мог быть племянник или племянница — но Яна испугалась осуждения родителей и реакции Андрея и сделала аборт. Какую душевную травму она при этом пережила, можно только догадываться; ситуацию ухудшало ещё и то, что она ни с кем не могла поделиться, потому что боялась разрушить все отношения с людьми, которых любила и боялась потерять.

— Андрей так и не знает, что мог стать отцом, — тихо шепчет она сквозь слёзы. — Я так виновата перед ним, но ещё больше перед собственным не родившимся ребёнком — ты даже не представляешь, как сильно я жалею, что тогда испугалась реакции родных. Это до сих пор сидит во мне словно заноза, и каждый раз, как я смотрю на Андрея, я чувствую себя так паршиво, что хочется лезть на стену.

Я даже порвать с ним пыталась — настолько невыносимо виноватой я себя чувствую — но он ничего не хочет слышать про расставание. А недавно завёл разговор о том, что нам пора стать настоящей семьёй: сыграть свадьбу и завести детей; а мне становится тошно от одной только мысли, что тогда он мог поддержать меня в решении оставить ребёнка и вырастить его. Он возненавидит меня, когда узнает, что я сделала, но я не могу больше обманывать его, потому что это убивает меня.

Яна заходится в рыданиях, а я не могу пошевелиться от боли и шока. Осуждать её на этот раз даже не думаю: опыт показывает, что я могу быть намного хуже тех, кто, по моему мнению, совершает ошибки. Но сестра права: зная Андрея, могу предположить, что он запретил бы ей избавляться от ребёнка, потому что Хмилевский из тех людей, кто уверенно берёт ответственность за других на себя и всегда отвечает за свои поступки.

Именно поэтому я знаю, что он не оставит Яну даже после того, как она признается ему в своём страшном поступке. Ему будет больно, это очевидно; возможно, он на некоторое время даже перестанет с ней разговаривать, но в конечном итоге он не бросит её — слишком сильно любит. И зная сестру, я точно так же могу утверждать, что она больше ничего не скроет от него, и любые проблемы сперва будет обсуждать с ним, и только после этого принимать решение.