Ни слова, господин министр! (СИ)

Дальше вечер взяли в свои руки детишки, и мы с Родериком больше друг на друга не отвлекались. Он представил нас с Дэвидом Ее Высочеству еще на пороге, и за обедом Ангелина проявляла себя с блеском. Единственное, что меня успокаивало, это то, что князь не уделял моему сыну излишнего внимания.

— Вам десять лет, Ваше Высочество. Это идеальный возраст чтобы приступить к обучению. Занятия в первых классах начинаются послезавтра, то есть на месяц позже, чем у всех остальных. В вашем распоряжении будет отдельная комната, личный куратор, возможность индивидуально посещать ряд предметов.

Судя по тому, как ведет себя девочка, окружающие буквально заливают ее патокой. Да и отец не похож на строгого или хотя бы умеренно строгого папашу. Любое желание малютки Ангелины выполнялось в течение пяти минут.

— Я уже предупреждала папу, что не вижу смысла учиться в Фересии. Я скоро уеду к маме. Она стала королевой в Эллидиуме. Зачем мне прозябать здесь?

Родерик сердито дернул плечом. Этот спор тянулся давно:

— Твоя родовая магия сконцентрирована тут. Чтобы не потерять ее и развивать, тебе придется учиться в своей стране, в своем мире. Иначе в Эллидиуме ты не сможешь пользоваться чарами — и у нас их тоже потеряешь.

Ангелина резко отодвинула от себя тарелку со сливочным супом, в котором плавали пойманные на побережье марлы. При этом она задела и плошку Дэвида, сидевшего напротив… Ну вот, только я расслабилась, что сын занялся сырным супом и потерял к нашей компании интерес."

"— Но я не просила тебя привозить меня сюда, к своей любовнице. У нее ни внешности, ни манер. Да еще и магия размазана по всем стихиям сразу.

Девочка разозлилась. От этого ее гладкие светлые волосы приподнялись, а глаза чуть покраснели. Да, налицо все признаки слабого контроля над стихией. Она попробовала спалить подсвечник вместе со свечами, но до того, как в центре стола раздался взрыв, я переместила злосчастный канделябр в ведерко с водой, где официанты охлаждали бутылки. Родерик мгновенно надел сверху вакуумный колпак.

До нас не донеслось ни звука.