Ни слова, господин министр! (СИ)

Но сколько можно дразнить. Возьму и намажу. Мало ему не покажется… Все-таки не похож он на себя в эти две недели.

Меня бесцеремонно развернули к кадетам спиной и потащили кормить.

Глава 93

Но этот день стоило назвать днем Разгневанной матери. Мало мне было Робертины в ярости, так еще случилось напороться на Клавдию. Ее вдовствующее Величество почти не появлялась в академии сына — и сегодня сделала исключение. Я еще не успела распробовать десерт, когда князю доложили о прибытии королевы. Маг сделал вид, что ему жаль оставлять меня один на один с шоколадным пудингом.

Мы обедали в его личной столовой. Поэтому с уходом Родерика я особо не торопилась. Кабинет в другой стороне. Помешать приватной беседе я не могла.

Сначала расправилась с пудингом, потом приступила к чизкейку. И неизвестно, чем бы я все-таки завершала трапезу, если бы меня не прервала Клавдия собственной персоной.

Пришлось вскакивать и почтенно приседать.

Клавдия выглядела не так хорошо, как леди Бланш. Между ними вряд ли имелась разница больше, чем в десять-пятнадцать лет — причем моя мама была старше. Королева в последние годы немного располнела. И вообще, мне кажется, женщины, прибывшие с Элидиума, резко теряли молодость где-то после семидесяти, если сравнивать с магичками из нашего мира.

Неужели и Родерик с возрастом станет грузным? Я тряхнула головой.

— Я бы настоятельно советовала, Оливия, отказаться от безумного плана. Дети Родерика получат сильный дар, и одна ты не справишься. Не воображай, что я или он позволим тебе исчезнуть с малышом. К тому же риски, что ты и ребенок погибнете во время беременности, велики. Магия Конрадов не только редка, но и чрезвычайно опасна.

На секунду я потеряла дар речи.

— Не надо кислых мин, девочка. Взлом сокровищницы невозможно не заметить. Я о нем знаю, потому что еще со времен, когда был жив муж, контролирую стражу во дворце. Стефану тоже известно. И это плохо. Он видит в Родерике соперника и, боюсь, уничтожит тебя и плод до того, как доберешься до ближайшей границы.

Хоть бы Родерик оказался далеко отсюда и не слышал нашу милую женскую беседу.