Мост исполнения желаний

Витькина тетка не запросила гарантийного письма, и водитель даже не подумал перед ней извиниться за разбитую посуду. «Ничего, голубчик, – подумала я. – В этот раз ты за все ответишь»."

"– Как это вы ни при чем? Вы вообще водить машину умеете или права просто купили?

– Да при чем здесь я? Это тот идиот на самосвале виноват. Вы случайно его номера не запомнили?

Да, похоже, я перестаралась с инсценировкой. Но откуда мне было знать, что мне дадут того же водителя, что и Шиловым, и что по дороге даже без самосвала будет достаточно кочек и поворотов, чтобы разбить люстру?

– Нет, не успела.

– А что мне еще оставалось? Он шел на меня лоб в лоб, вот я и вильнул. Хорошо, живыми остались.

– Вильнул он. Так, значит, ваша фирма перевозит хрупкие грузы?

– Черт! Даже не знаю, что делать. Может, мы с вами как-нибудь договоримся?

– О чем? – я вскинула на водителя заплаканные глаза.

– Ну, я вам заплачу за ремонт, чтобы вы ничего начальству об этом инциденте не говорили.

– Вы называете это инцидентом? Да это же натуральное преступление. Вы угробили антикварную люстру. Отремонтировать ее невозможно, – я стала рыдать над осколками.

– Да вы с ума сошли – такие деньги отваливать за эту ерунду!

– Раритет XIX века, по-вашему, ерунда? – спросила я, вытирая слезы. – Да таких люстр во всей Европе, может, штуки две или три осталось.

– Действительно, что теперь? – водитель потер лоб.

– Не зря я попросила дать мне гарантийное письмо. Материальный ущерб мне компенсируют, но где я еще одну такую люстру найду? – говорила я, шмыгая носом. – Ладно, разворачивайтесь. Поедем в «Экватор».

Глава 8

Когда я зашла в контору, Панин пил со своими сотрудницами чай.

– Приятного аппетита! – злобно прошипела я.

– В чем дело? Почему вы вернулись? Машина сломалась? – начальник забросал меня вопросами.

– Я как чувствовала! Как чувствовала! – причитала я, усаживаясь на стул для посетителей.

– Что? – лицо Панина перекосилось от недоумения. – Что вы хотите этим сказать?

– Мы ее не довезли... – Мой голос был наполнен такой скорбью, будто речь шла о бабушке, умершей по дороге в больницу.

– Где Василий? Водитель где?

– Он боится заходить.

– Правильно делает. Да я его... Да он мне ответит! – С этими словами Панин стремительно вышел на улицу к микроавтобусу.