Морской лорд. Том 3

Тогда у меня почти ничего не было, считал за счастье получить манор. Теперь есть все, что хотелось. Дальнейшие перемены могут быть только к худшему.

Принц Генрих обрадовался моему прибытию. Да и как не обрадоваться увеличению армии на пятьсот человек? До моего прихода под его командованием были всего около шестисот рыцарей и тысячи две пехоты.

– Назначаю тебя коннетаблем! – произвел он меня в маршальское звание.

Жаль, что я получил это звание вместе с привилегиями не в двадцать первом веке. В двенадцатом маршалом был всего лишь командир отряда численностью от пятисот человек.

В лагере принца я встретил Роберта де Бомона, графа Лестерского, и его двоюродного брата Рожера де Бомона, графа Уорикского, – тучного пятидесятилетнего мужчину с нездоровым, красным лицом. Всего года три назад оба были активными сторонниками короля Стефана. Вустер принадлежал Галерану де Бомону, который первым перешел на сторону Генриха, чтобы сохранить нормандские владения. Король Стефан попробовал отобрать Вустер у Галерана – и заимел еще двух влиятельных врагов.

– Какими судьбами?! – шутливо спросил я, поздоровавшись с ними.

– Прискакали на запах победы, – честно признался Роберт де Бомон. Прискакал он на подаренном мною арабском скакуне с белым «крестом» на голове.

– Вовремя, – похвалил я.

– Принц вернул мне нормандские владения, кроме тех, что были отданы тебе. Вместо них мне предложили другие. Можем поменяться, – сообщил граф Лестерский. – Или ты предпочитаешь получить в Англии?

– Именно так, – ответил я.

– Могу предложить сеньорию Эшби – замок и двенадцать маноров, – сказал Роберт Лестерский.

Эти двенадцать маноров наверняка приносят такой же доход, как десять нормандских, так что обмен был равноценным. Располагались они в Лестершире на границе с владениями графа Честерского – заклятого друга де Бомонов. Так что, обменяв их, граф Лестерский еще и немного облегчал себе жизнь.

– Думаешь, Ранульф де Жернон не сдержит условия договора? – поинтересовался я.

– Всяко может быть, – ответил Роберт де Бомон.

– Что ж, меня такой вариант обмена устраивает, – согласился я.

Эта сеньория будет неплохим приданным для моей дочери Керис. Шусан перед походом напомнила мне, что пора подумать о муже для девочки, которой уже двенадцать лет. Наверное, пора, если учесть, что шестнадцатилетние считаются старыми девами. Вот бы сюда борцов с педофилией из двадцать первого века!"

"Через день мы двинулись на северо-восток.