Морской лорд

Когда мы вошли в него, ветер начал меняться в другую сторону и слабеть, пока не стал западным, принесшим нудный дождь, который быстро прибил волну. Я принял решение продать вино и оливковое масло в Бристоле, а потом уже подорвать экономику ирландских баронов.

В Бристоле было многолюдно. Армия императрицы Мод вернулась на зимние квартиры, хотя до зимы еще далеко. Ближние владения союзников короля Стефана они разорили, а те в свою очередь разграбили ближние владения сторонников императрицы. В глубь вражеской территории соваться в плохую погоду, видимо, не желали ин те, ни другие.

— Хорошее вино? — спросил граф.

Несмотря на то, что в холле было натоплено, в камине горели полутораметровые бревна, граф кутался в плащ, подбитый горностаями — королевским мехом. Ему дозволено: сын короля, хоть и внебрачный.

— Из Испании, приятное и крепкое, — ответил ему и показал небольшой мех, наполненный вином. — Я принес на пробу.

Граф Роберт слабо кивнул рукой слуге — молодому малому, довольно опрятно одетому, с курчавыми то ли от природы, то ли завитыми черными волосами и очень белой кожей, отчего в его облике было что-то демоническое. Я бы такого не подпустил к своей еде и питью. Слуга взял у меня мех, а затем снял с полки два надраенных, бронзовых бокала граммов на триста каждый, к коротким ножкам которых были приделаны широкие круглый подставки, и начал наливать в них вино.

Подошел слуга с двумя бокалами вина и дал один мне. Я взял. Слуга, вместо того, чтобы отдать второй бокал графу, продолжал стоять возле меня. Я не понимал, почему он медлит, но чувствовал, как нагнетается напряжение в холле. Вдруг до меня дошло, что боятся яда.

Я усмехнулся, сказал шутливо:

— Слишком примитивно для меня. Я мог бы придумать что-нибудь поумнее, — и залпом выпил вино и перевернул пустой бокал, с которого на деревянный пол, устеленный циновками из соломы, упали последние капли.

— У меня слишком много врагов, — извиняющимся тоном произнес Роберт Глостерский и отпил вина из второго бокала, который подал ему слуга.

— Мы чего-то стоим, пока у нас есть враги, — поделился я жизненным опытом.