Моров. Том 5 (СИ)

— Старшими себя почувствовали? Думаете, мальчик сам не разберется, как ему своим родом распоряжаться?

Мой голос перешел на шипение, а от расколотого асфальта вверх потянулся фиолетовый дымок.

— А скажите, Артем Витальевич, где вы были, когда я род возглавил? — продолжил говорить я. — Может быть, хотя бы письмо отправили, чтобы соболезнования высказать, когда я прах деда в семейном склепе похоронил?

Он сглотнул, но с места не сдвинулся. Безрассудно, конечно, однако что он, убежал бы от меня? Очевидно, Артем Витальевич стоял сейчас за свой род, стараясь сдержать данное кому-то слово.

— То дело нас не касалось, — заявил Мешков.

Моя рука оказалась на его шее в мгновение ока. Ноги мужчины оторвались от земли, он вцепился в мое запястье.

— И кто же тебя надоумил, что теперь мои дела тебя касаются? — спросил я, магическим взором наблюдая, как на помощь главе рода устремляется два чародея с двумя узлами.

— Я сам решаю! — упорствовал тот, выплевывая слова сдавленным горлом. — Я глава рода!..

Я оскалился и телекинезом вывернул ему колени внутрь. Артем Витальевич закричал от боли, выдыхая оставшийся воздух из легких. Я же отбросил его в сторону и, выдернув трость из асфальта, провернул ее в пальцах.

— Значит, сейчас у тебя никакого рода не останется, — предупредил я, направляя руку в сторону дверей особняка, из которых тут же вывалилась пара молодых людей.

Такие же высокие и худые, они совсем не были похожи на меня.

Первый вскинул руку, формируя печать ледяного копья, но слишком медленно. Я развеял его чары небрежным жестом и щелчком пальцев приморозил ступни к крыльцу. Парень лет двадцати вскрикнул и уже не помышлял продолжать бой.

А вот второй оказался хитрее — в его руке появился тяжелый пистолет. Пуля, выпущенная из него, свистнула возле моего уха, отклоненная динамическим щитом. Я сменил положение ладони, и оружие покинуло руку хозяина, развернулось и двумя выстрелами прошибла ему лодыжки, превратив ноги наследника Мешковых в кровавое месиво с торчащими наружу обломками костей.

— Я все еще жду, Артем Витальевич, — напомнил я, оборачиваясь к стонущему рядом главе рода Мешковых. — Кто сказал тебе, что ты имеешь какое-то право вмешиваться в мои дела? Чьи интересы ты решил защищать?

Фиолетовое пламя под моими ногами стянулось в точку, образуя собой худую антропоморфную фигуру.