Моров. Том 5 (СИ)

Даже то, что привезли мы с Венедиктом Кирилловичем, куда-то испарилось.

И по прибытии в Москву у меня было время до начала занятий, чтобы разобраться, какая тварь посмела так поступить.

Глава 24

Кремль, рабочий кабинет государя.

— Ваше императорское величество, у нас действительно случилась задержка…

— Задержка? — переспросил Виктор Константинович, мгновенно краснея от гнева. — Ты что, Степа, баба беременная? Какие у тебя могут быть задержки? Артефакты были поставлены на фронт, у меня на руках подписанные накладные, что в каждом подразделении усиление получено.

Ты что мне сейчас хочешь сказать, что все это — липа?

И в доказательство своих слов государь шваркнул об стол толстой папкой распечатанных накладных.

— Ваше императорское величество, документы правильные, — попытался оправдаться подчиненный.

— Тогда где артефакты?! — взревел государь.

Он ударил кулаками по столешнице с такой силой, что стоящие на нем предметы подбросило в воздух.

— В данный момент они либо уже доставлены, либо доставляются прямо сейчас, — торопливо залепетал Степан Маратович.

— Как я и сказал, ваше императорское величество, случилась небольшая задержка. Форс-мажор — поляки, как знали, отрезали нам пути доставки. Нашим бойцам пришлось едва ли не с боем прорываться. А документы подписаны старшим командованием.

— Ты мне на поляков не скидывай! — вставил сидящий рядом Анатолий Никодимович. — У меня есть видео, где прекрасно видно, что часть артефактов была доставлена Моровым и Солнцевым в ПВР.

Однако после атаки польской артиллерии и ухода обоих дворян внезапно все доставленные ими артефакты исчезли. Сам признаешься, кто их изъять приказал, или мне государю кино включить, на котором твои подчиненные забирают артефакты?

Государь не обратил внимания на Герасимова, не сводя взгляда с сидящего как на иголках Степана Маратовича. Начальник управления материального обеспечения армии Российской Империи даже скрыть не мог, насколько серьезно волновался.

"

"И было отчего. Вместо новых артефактов, поступавших на фронт прямиком с производственных линий, Шерстобитов намеревался выдать старые, в большинстве своем уже выдохшиеся и совершенно бесполезные. А новые положить на склад, а то и вовсе — в реализацию, списав их по дефектам или заявив о порче.

Чтобы «испортить» изделия Панфилова, Степан Маратович сам сообщил польским коллаборационистам, где и когда ждать конвои.