Монастырь (СИ)

Я не одержим нечистым духом, – король продолжал лежать, не двигаясь, глаза смотрели на падре Ксанте безмятежно. – Иисус говорит: “Ибо, если вы будете прощать людям согрешенья их, то простит и вам Отец ваш Небесный; а если не будете прощать людям согрешенья их, то и Отец ваш не простит вам согрешений Ваших”. Я стараюсь всегда поступать так, как учит нас мать наша Церковь.

– Ничто не оправдывает желания смерти помазаннику Божиему на земле. Дело о заговоре, в котором участвовали многие первые лица нескольких королевств во время заключения договоров о вассалитете должно передать Церкви.

Вы согласны? – рука скользнула вниз, задирая рубаху, губы повторяли молитву. Ксанте помрачнел, разглядывая мелкие порезы на теле короля. Еще красные шрамы. Маленькие, подозрительные. Сощурившись, поднял взгляд на Фернандо.

– Ваша Светлость, я милостиво прошу объяснить, как все Ваши вопросы связаны с проверкой на одержимость.

– Прежде вы объясните мне появление надрезов на вашем теле, – спокойно отозвался Ксанте, касаясь каждого.

– Ваша Светлость, в чем причина Вашего интереса именно к этим порезам? – Фернандо использовал сейчас свое практически единственное оружие – невозмутимость.

– Это не раны, нанесенные в бою. Это раны, которые используются для обуздания демонов, – инквизитор продолжал проводить по надрезам, которые когда-то сделал Луис. Возвращался вниз, обводил квадратики мышц, задумчиво ожидая реакции короля. Черные глаза его рассматривали короля с внимательностью исследователя к которому попала интересная мошка.

Зелье действовало на Фернандо необычно. Как и на Микаэля, который привык принимать слишком много трав.

– Надо же, – удивился король. Глаза были честнее безоблачного неба. – Ваша Светлость, я не одержим, мне ни разу не приходилось как-то обуздывать демонов, поэтому я даже не знаю, что нужно делать, чтобы их обуздывать.

– Вы не можете ответить на поставленный вопрос, – улыбнулся Ксанте. – Значит вы лжете, значит в вас говорить гордость, а гордость ведет к тщеславию, а тщеславие рождает равнодушие.

А равнодушие есть Сатана на земле. Вы одержимы, Фернандо. И я могу утаить этот факт, если вы согласитесь передать дела по заговору в руки Церкви.

– Ваша Светлость, – лукаво улыбнулся король, – слишком длинная цепочка, слишком много утверждений, каждое из которых нужно будет неоднократно подтвердить цитатами отцов-основателей и неопровержимыми доказательствами. И с чего Вы решили, что я не могу ответить на поставленный вопрос? Я пока выразил лишь удивление.