Момо

Но едва она приблизилась, как в страхе застыла на месте. Между нею и воротами возник Серый господин.

– Бесполезно! – произнес он с тонкой улыбкой, зажав в губах сигару. – И не пытайся! Не в наших интересах, чтобы ты туда попала.

– Почему? – спросила Момо.

Она опять почувствовала в себе волну холода.

– Потому что для тебя у нас припасено другое, – ответил Серый господин, выпустив кольцо дыма, которое обвилось вокруг шеи Момо, медленно тая.

Мимо спешили люди.

Момо указывала пальцем на Серого господина, пытаясь позвать на помощь, но не могла произнести ни звука.

– Оставь это! – сказал Серый господин. – Если будешь разумна, много для себя выиграешь – и для своих друзей тоже. Хочешь ты этого?

– Да, – прошептала Момо. Серый господин тонко улыбнулся.

– Тогда давай встретимся в полночь. Поговорим. Момо молча кивнула. Но Серого господина уже не было. Только дым его сигары еще висел в воздухе. Где они должны встретиться, он не сказал.

Глава семнадцатая. БОЛЬШОЙ СТРАХ И ЕЩЕ БОЛЬШАЯ ХРАБРОСТЬ

Момо боялась возвращаться в старый амфитеатр: в полночь туда придет Серый господин.

При мысли, что она будет с ним одна, ее охватывал ужас.

Нет, она вообще не хочет с ним больше встречаться – ни там, ни где-либо еще. Ничего хорошего от него не дождешься. Это более чем ясно.

Но где спрятаться?

Безопаснее всего, казалось ей, быть в гуще людей. Хотя она видела, что все равнодушно проходили мимо, но если бы Серый господин ей что-нибудь сделал и она закричала о помощи, тогда ее, конечно, спасли бы.

Она сегодня уже целый день бегала по городу. Ноги болели. Было уже поздно, очень поздно, а Момо все еще брела в полусне по улицам – все дальше, все дальше и дальше...

«Минуточку отдохнуть, – подумала она, – только одну минуточку, тогда я опять буду более внимательной...»"

"На обочине мостовой увидела она маленький трехколесный грузовичок, нагруженный разными ящиками и мешками. Момо забралась в кузов и прислонилась спиной к мягкому мешку.

И сразу на нее обрушился сон. Она увидела старого Беппо – но он вовсе не подметал улицу! – он шел по канату над темной пропастью. Только вместо шеста в руках у него была метла.

«Где же другой конец? – кричал он. – Я никак не дойду до конца!»

Канат, по которому он шел, был бесконечен: оба конца терялись в темноте.