Момо

Это была дачная местность, застроенная богатыми виллами. Лежала она вблизи одинаковых новостроек, то есть на другом конце города."

"Идти надо было очень далеко. И хотя Момо привыкла ходить босиком, но когда наконец она добралась до Зеленого Холма, у нее заныли ноги.

Она присела отдохнуть на край тротуара.

Все здесь действительно было непривычно для Момо. Широкие, чистые, почти безлюдные улицы. В садах за высокими каменными заборами и железными решетками поднимались в небо макушки старых деревьев. Дома по большей части вытянутые, из стекла и бетона, с плоскими крышами.

– Если б я только знала, как найти дом, в котором живет Джиги, – сказала Момо черепахе.

«Сейчас узнаешь», – засветилось на панцире.

– Ты думаешь? – с надеждой спросила Момо.

– Эй, ты, черномазая! – раздался вдруг позади чей-то голос.

Момо обернулась. Перед ней стоял человек в странно-полосатом жилете. Момо не знала, что такие жилеты носят слуги богачей.

Момо встала.

– Добрый день, – сказала она. – Я ищу дом, в котором живет Джиги. Нино сказал, что Джиги живет где-то здесь.

– Чей дом ты ищешь?

– Дом Джиги-Гида. Он мой друг.

Человек в полосатом жилете подозрительно посмотрел на девочку. Ворота позади него остались приоткрытыми, и Момо смогла заглянуть внутрь. Она увидела широкий газон, на котором играли борзые собаки и плескался фонтан.

– О! – удивленно воскликнула Момо. – Какие красивые птицы!

Она хотела войти, чтобы разглядеть их поближе, но человек в жилете схватил ее за шиворот.

– Назад! – сказал он. – Как ты смеешь, чумазая?

Человек отпустил Момо и стал вытирать руку шелковым платком, словно дотронулся до чего-то весьма неаппетитного.

– Это все твое? – спросила Момо, кивнув за калитку.

– Нет, – еще более неприязненно ответил человек в жилете. – А теперь проваливай! Здесь тебе нечего делать!

– Нет, есть! – энергично возразила Момо. – Мне надо найти Джиги-Гида. Он меня ждет. Или ты его не знаешь?

– Здесь нет никаких гидов, – ответил человек в жилете и повернулся.

Он хотел было уйти и запереть за собой ворота, но в последний момент его осенило:

– Не имеешь ли ты в виду самого Джилорамо, знаменитого рассказчика?

– Ну да, – обрадовалась Момо.