Момент перелома

Я был неспособен здраво и по-взрослому рассуждать. Мечтал об Америке, как мечтают малыши о сказочной стране, где волшебники исполняют все желания, где золушки становятся принцессами, а безродные бедняки – королями… А, собственно, с чего я взял, что все было бы именно так, как мне представлялось? Не было у меня на то никаких гарантий. Мог бы и закончить нищим спившимся бродягой под одним из Нью-Йоркских мостов. Просто уж очень сладкой была мечта – я жил ею, я, стараясь ничего вокруг не замечать, словно тот пресловутый осел, бегущий за подвешенной морковкой…

Сейчас я тоже мечтаю, но по-другому.

Мои нынешние мечты имеют под собой весьма внушительное основание. Ведь я действительно вижу, как «работают» Одинцов и созданная им корпорация. Билл Гейтс и Стив Джобс отдыхают и нервно курят в сторонке. Ведь этот человек для достижения успеха не останавливается ни перед чем. Верные ему командиры кораблей получили у Наместника дальнего Востока господина Алексеева каперские патенты и теперь возвращают на моря мрачные времена Моргана и Флинта. И самое главное – денежки, вырученные за перехваченную военную контрабанду, исправно поступают на счет нашей корпорации, и с них мы, собственно, и живем. Кстати, коммерческим директором нашей корпорации Одинцов сделал нашу Аллу Лисовую, и от общения с это рыжей фурией местные купцы и чиновники рыдают просто горючими слезами, но все равно продолжают есть кактус. Да, Аллу Викторовну почти невозможно обмануть (еще чего захотели – обмануть человека с опытом наших девяностых), но зато она ведет дела таким образом, что выгоду от них извлекают обе стороны.

Собственно, без ложной скромности могу сказать, что и я в некотором роде теперь являюсь винтиком мощного механизма по переделке истории, при помощи которого в этом мире мы будем спасать Россию от нищеты и разрухи, от позора и унижения. Вот ведь странное дело – ведь всегда я презирал этих ура-патриотов и не отождествлял себя с ними, презрительно и брезгливо называя их просто «ватой» и «совками».

Теперь же во мне вызывает непроизвольную гордость то, что я имею пусть и не самое прямое, но все же хоть какое-то отношение к этим людям. Да, они пока еще презирают меня и не считают за своего, все еще видят во мне потенциального врага и предателя, но я уверен, что рано или поздно они увидят, что я вполне достойный член нашего «нового» общества. Но мне придется запастись терпение, а также приложить усилия к тому, чтобы прежний мой грех был искуплен и прощен.