Молчание сфинкса

 — Всю кровь из меня выпила, всю paдость! Все равно туда не вернешься, слышишь? Убью!

Глава 23

В ХОДЕ ЗЕМЛЯНЫХ РАБОТ

Дальнейшие события в Лесном — а их было немало — Катя воспринимала сквозь призму личных переживания Она понимала: Никита Колосов ждет от нее вдумчивого анализа происходящего, достоверных объяснений и чей кой мотивации поступков фигурантов, но…"

"Но скажите, пожалуйста, какой анализ, какая мотивация чужих поступков, когда вые собственной-то жизнью разобраться толком не можете! Когда вы возвращаетесь домой с работы (а что было в Лесном, как не труднейшая почти ювелирная оперативная работа?!) и обнаруживаем у себя в прихожей на зеркале слоган от собственного горячо любимого мужа, гневно начертанный вашей любя мой губной помадой, смысл которого в трех словах: НЕ ПРИДУ ДОЛГО""!!!

«Драгоценный В…», явившись с очередного круглее суточного дежурства и не найдя вопреки всем прошлый обещаниям Кати дома, взъярился до крайности и громя хлопнул дверью.

Когда муж не ночует дома — тут уж не до разгадки криминальных тайн. Катя проплакала весь вечер от обиды (незаслуженной и оттого вдвойне горькой) и от жалости к самой себе. Однако разыскивать «драгоценного» по знакомым-приятелям не стала — много чести!

В результате всех этих слез и переживаний чужие беды и всплески эмоций показались Кате утром (хмурым и безотрадным) детской игрой. Сергей Мещерский позвонил ей на работу в пресс-центр ровно в 9:00. Вчера вечером они, естественно, возвращались в Москву из Лесного вместе, но тогда Мещерский был слишком взбудоражен событиями, развернувшимися на его глазах после задержания Изумрудова, и хладнокровно оценивать и анализировать случившееся просто не мог.

Лишь беспомощно восклицал всю дорогу:

— Ну, Ромка Салтыков ну, мужик дает… Нет, кто бы мог подумать, чтобы он и этот смазливый тип… Ты, Катюша, не представляешь, какой скандал закатил он в отделении милиции. Я думал, его тоже посадят за дебош — честное слово. Он всегда ведь был такой сдержанный, такой деликатный, а тут словно взбесился, совершенно потерял над собой контроль.

Что он там молол — ты не представляешь — в адрес милиции и полицейских вообще! Хорошо еще, что в горячке он все это по-французски орал, а то бы нам там каюк — оскорбление мундира. Зачем-то де Голля приплел и большевиков. Ну, насчет большевиков его гнев понятен; но за что де Голля так ненавидеть? Разве он был ярый противник нетрадиционной ориентации?

На этот раз тон у Мещерского был уже иной — назидательный и деловитый.