Моё пост-имаго

- О, не вас, что я, монстр какой-то? Я хочу съесть то, что находится внутри вас.

- Рецепт Треннье. Профессор знал…

- Он подозревал, что это я, что Робертсон работал на меня. Поэтому он и прекратил со мной общение, поэтому отказывался от денег на новые экспедиции, поэтому пытался отговорить Руффуса.

- Вы все это делали… просто ради ужина?- с отчаянием из-за собственного бессилия просипел мистер Келпи.

Сэр Крамароу рассмеялся:

- У каждого своя навязчивая идея, своя – мне нравится это слово – мания. Я просто слишком долго думал об этом, слишком глубоко погряз в своих фантазиях.

Чем я хуже господина Барбатина из детской считалки, объездившего весь мир в поисках самой вкусной шоколадки? Что ж, как и он, в итоге я обнаружил то, что искал, у себя дома, на соседней улице.

- Безумный… ненормальный…

- И о нормальности мне что-то говорит куколка мотылька из джунглей, прикидывавшаяся человеком?

- Но я… я ядовитый… меня нельзя есть.

- Прошу вас, мистер Келпи. Мы оба знаем, что ядовиты лишь самки Черного Мотылька.

Мистер Келпи застонал:

- Не надо… прошу вас…

Сэр Крамароу словно не слышал.

- Я столько лет ждал этого,- вдохновенно проговорил он.- С тех самых пор, как ко мне в руки попал рецепт… Вы же знаете, какой я гурман. Но вы не огорчайтесь так, Келпи, – вы станете коронным блюдом вечера… коронным блюдом всей моей жизни…

- Меня станут искать… Доктор Доу…

Сэр Крамароу снова рассмеялся.

- Боюсь, что никто не узнает о том, что с вами произошло, Келпи. Никто не станет вас искать.

Все будут думать, что вы отправились в экспедицию с профессором Грантом. Кстати, нужно не забыть выписать в банке Ригсбергов чек на имя профессора. Я ведь человек науки, как-никак. А он был так рад, что получил финансирование. И всего-то ему нужно было для этого позвать вас с собой, Келпи.

- И он… он тоже?

Мистер Келпи не хотел в это верить. Безнадежность сковала его. Он весь трясся, но при этом мог думать лишь о том, как не хочет умирать. Ведь он еще столько всего не попробовал, столько всего не узнал, он так мало прожил… Это нечестно! Несправедливо! Почему его кто-то должен есть? Они ведь не в джунглях Кейкута, а в цивилизованном городе, где люди не едят людей… И тут он вспомнил, что он не человек.

И заплакал. Горько, жалобно заплакал.

- Я хочу… жить…"

"- Вы достаточно пожили, Келпи,- последовал безжалостный ответ.- Выиграли себе целых двадцать лет. Знаете, я очень надеюсь, что мясо мотылька, как вино, с годами стало лишь выдержаннее.