Моё пост-имаго

Ринулась на него. Мерзкое, странное зрелище. Она напрыгнула на него, прямо на его лицо. Будто обняла его крыльями, обвернула, громадина, но тут…– Бэзил замолчал и покосился на парня. – Да, Мелкий, расскажи господину доктору, что случилось дальше. Молчи! Сам расскажу! А случилось то, что один дурак взял и чихнул.

– Мне просто туман в нос забился, – жалобно проканючил Мелкий.

– Да. В общем, тварь услышала, дернулась и улетела. Типчик испуганно огляделся, схватил свой кофр и в ужасе убежал прочь.

– Когда это было?

– Утром еще.

Только начала ныть сирена.

– И что тварь?

– Села себе на фонарь. Ну, тот, старый битый фонарь, у арки. Я велел Мелкому караулить ее, а сам отправился собирать парней.

– Зачем?

– Изловить ее, разумеется. Можно продать… ну или съесть. Вообще без понятия, зачем еще нужны эти твари.

– Насколько я понимаю, вам так и не удалось ее поймать."

"– Пока я всех собрал и мы нашли сеть, прошла куча времени. Мы вернулись, когда стемнело, уже и не надеясь, что тварь там все еще сидит и нас дожидается.

Но Мелкий по-прежнему был на своем посту, а тварь на фонаре словно заснула. И мы попытались ее поймать.

– Каким это образом? – Почему-то доктор Доу усомнился, что подобная ловля была бы по достоинству оценена членами Клуба охотников-путешественников. Что ж, он был прав.

– Ну, а как охотятся на разных тварей? – просто ответил Бэзил. – Бутылка и Клопик надели сеть на палки и попытались поймать ее, но она хитрой оказалась, упорхнула. Но мы ж тоже в обиде – весь день шмыгали туда-сюда из-за нее.

Попытались сбить ее камнями, я даже попал, – хвастливо заявил Бэзил, совсем забыв, что он-де слепой. – Но она завизжала по-младенчески и в окно какое-то влетела. Разбила стекло и скрылась. Мы только звон стекла и услыхали. Ну, мы тогда дали деру – еще нас обвинят, что мы влезли: мол, загнали в чью-то форточку свою ручную бабочку, чтобы она поворовала. Ну, вот и все. Больше мы ее не видели.

***

Приближался туманный шквал. Сирена выла часто и рвано, но все равно она ни в какое сравнение не шла с сердитым ворчанием миссис Трикк.

Экономка была вынуждена разогревать ужин уже во второй раз. Господин доктор и Джаспер вернулись несколько минут назад и сходу принялись обсуждать это их дело, полное странностей и неприятных подробностей. И если Джаспер всегда был склонен к легкомысленности и ребячеству, поскольку он, собственно, и был ребенком, то от доктора она подобного не ожидала. Его прежде незыблемое расписание было нарушено самым чудовищным образом.