Моя ревность тебя погубит (СИ)

На улицах стемнело уже около часа назад. Спустя каких-то двадцать с чем-то минут я уже стоял на пороге её квартиры. Мне придётся зайти внутрь, потому что она всё ещё не отвечает на мои звонки. Зажав кнопку звонка, я начал ждать. Каждая секунда меня убивала, только спустя несколько минут дверь открылась.

Передо мной стояла её мать, опухшая и с широко открытыми от удивления глазами, в которых отчётливо читался страх.

— Станислав, здравствуйте! А что случилось?

— Полина, — коротко сказал я. — Мне нужно её увидеть. Где она?

— Так это, она в своей комнате, лежит там.

Пройдя вперёд, я услышал слова её матери:

— Вставай давай, быстро. К тебе пришли.

— Кто?

— Вставай и увидишь. Давай, быстро я тебе говорю. Пошли.

Подождав несколько секунд, я пересёк расстояние до её комнаты. Мне нужно было, чтобы её предупредили о моём приходе, чтобы не застать её врасплох. И не хотелось смущать её своим присутствием в её личном пространстве, но я не мог вынести даже слышать такое грубое обращение с ней.

Мои глаза сразу же нашли её, когда я появился в дверном проёме. Растрёпанные волосы спадали на плечи, одетая в домашнее светло-фиолетовое платье, которая скомкалось от того, что она в нём лежала.

Один её вид привёл в порядок мой разум.

— Вы можете выйти, — я грубо обратился к её матере. При Полине я хотел звучать более мягче, но не мог себя заставить даже постараться.

— Да, конечно, — она выбежала, оставляя нас с Полиной наедине и закрывая за собой дверь.

Но её реакция на моё присутствие была просто безразличной, она стояла в нескольких шагах от меня и молча отводила взгляд в пол. Возможно, она не хотела показывать эмоции при материи, но их просто не было — никакой радости, удивления, светящихся глаз, как это бывало раньше при виде меня. Ничего из этого, она просто не хотела меня видеть.

Сразу же я сокращаю расстояние между нами, подходя к ней почти вплотную.

— Полина, посмотри на меня, — прошу я, аккуратно дострагиваясь пальцами до её подбородка и тем самым приподнимая лицо вверх.

— Мне нечего сказать, — с трудом проговорила она, всё ещё избегая моего взгляда.

— Полина? Что происходит, ответь мне.

— Стас… — наконец она собирается с духом и дарит мне один свой взгляд, от которого мне становится больно.

Мне кажется, что ничего не в состоянии вывести меня на эмоции, кроме неё. Щёки краснеют, в уголках глаз собираются слёзы.