Моя ревность тебя погубит (СИ)

— А это будет удобно? — она всё ещё осторожна и напугана, что вполне логично, но, кажется, предложение слишком заманчивое, чтобы от него отказываться.

— Раз я предлагаю, значит, удобно, правда? Квартира пустует, поэтому тебе никто не помешает. Попьёшь горячего чая. Согреешься. Выспишься. А завтра уже будем думать.

— Спасибо вам большое.

— Да не за что.

Задумавшись, я понимаю, что даже если бы свободной жилплощади не было — я всё равно не смог бы оставить её здесь одну.

1. Такая милая в моей толстовке

Дорога выдаётся слишком спокойной и размеренной — но тяжёлое ощущение, будто каждая пылинка щурится с намерением увидеть, кто там притаился на заднем сидении моей машины.

Когда я выхожу из машины, открываю дверцу Полине — она неуверенно выходит и следует за мной — на цыпочках, не издавая ни единого звука.

— Станислав Юрьевич, добрый вечер, — здоровается консьержка — добродушная женщина, — давно же я вас не видела.

— Да, Оксана Кирилловна, я тоже рад вас видеть.

— Вы не возвращаетесь в старую квартиру?

— Да нет, я оставлю на ночь эту принцессу, а то так случилось, что ей негде переночевать.

— Какой кошмар, — Оксана Кирилловна отставляет только что закрывшуюся книгу в сторону, — а что же случилось?

— Да ничего особенного.

— Да, конечно, тебе будет здесь очень комфортно. Как тебя зовут?

— Полина.

— Полина, можешь звонить мне, если что-то понадобится. Станислав Юрьевич, дать ключи?

— Спасибо, у меня есть.

Мы подходим к лифту.

Я замечаю, как Полина трясется и снимаю с неё совсем не согревающий пиджак.

— Сейчас согреешься.

Через несколько минут я уже достаю связку ключей, чтобы открыть свою старую квартиру. Вместе мы заходим внутрь, где девочку ждёт уютная спальня и горячий чай. Вообще, оставить ребёнка на улице, когда пустуют сто добрых квадратных метров — это не просто неправильно — это преступление, которое даже такой чёрствый человек как я не простил бы себе.

Вся квартира наполнена омертвляющей тишиной и темнотой, поэтому я быстро включаю везде свет.