Моя ревность тебя погубит (СИ)

Я кончаю в неё, с новой бешеной силой целуя её кожу — всё, до чего могу дотянуться. Она становится ещё мягче, её расслабленное тельце в обеих босоножках успокаивается в моих руках. А тонкие пальчики её рук зарываются в моих волосах.

— Спасибо тебе.

— За что ты меня благодаришь?

— За то, что ты меня нашёл. За то, что ты мой мужчина. И за то, что ты заставляешь чувствовать меня так, словно я важнее всего мира."

"— Ты не просто важнее, Полина. Я говорил и скажу ещё раз. Ты — и есть мир. Весь мой мир сосредоточен в тебе.

— Я хочу домой, — её голосок отдаёт невинностью и странной хитростью. — Пожалуйста, давай поедем домой. Я не хочу возвращаться без тебя.

Взяв её на руки, я усаживаю её на один из стульев, стоящих у стеклянного стола. А затем я поднимаю всю её одежду и одеваю её — сперва натягиваю трусики, потом топик, в самом конце юбку. Это нормально, что я снова хочу снять всю её одежду, снова оттрахать её и снова заклеймить её своими отметинами?

— Нужно будет немного потерпеть, принцесса.

***

Несколько часов подряд я смотрю на Полину, одетую только в шёлковые розовые трусики. Измотанная, она уснула в тот момент, когда я мыл её. Она просто закрыла глаза и отключилась, позволив мне смыть свою сперму, которую я оставил чуть ли не на каждом участке её тела.

И мне всё ещё недостаточно. Мне всё ещё мало.

Я животное, которое она заставляет пробуждаться внутри. Но я не то неразумное существо, коим был раньше.

Я убираю налипшую на её лоб прядь волос и перебираю её сквозь пальцы. Я готов целовать эти волосы — каждую волосинку, каждую ресничек, каждую родинку.

От любования моей девочки меня отвлекает вибрация мобильного, лежащего на тумбочке. Даже сонная Полина приоткрывает глаз, встревоженная этим звуком.

Я, блядь, убью, кто бы там ни был.

Я ещё в более юном возрасте понял, что нужно был всегда на связи и всё контролировать, если не хочешь потерпеть неудачу, но когда рядом Полина, мне нужно, чтобы меня никто не трогал и не мешал.

Я собираюсь скинуть вызов, пока не вижу, что звонит мне одна из сиделок Леонида. Она не стала бы тревожить меня посреди ночи просто так. Она из тех, кто опускает в голову и не поднимает до тех пор, пока я не выхожу из помещения.

Я беру трубку.