Моя пушистая проблема

Любой человек — пусть даже он оборотень, раскрывается вот в таких ситуациях и мелочах. Если он не готов принять меня-человека, зачем мне нужен он? Тот, кто считает эти чувства, эту зародившуюся связь грязной и неправильной?

— Вам виднее. Мне со стороны все кажется именно таким.

Я резко встаю — и в этот момент Тай словно приходит в себя и тоже вскакивает. Его глаза светлеют, становясь ярко-желтыми, совсем дикими, а из груди рвется рык.

— Пойдешь против меня, смесок? Даже так? — с легкой иронией спрашивает Жнец.

— Тай, не нужно.

"— Ты можешь сбежать от меня. Но не думай, что сбежишь от себя, конфетка. Ты моя. Мы предназначены друг другу. И мне плевать, скольких придется уничтожить, чтобы ты стала моей, — тихое шипение складывается в слова, но я не оборачиваюсь. На угрозы, если это были именно они, а не пустой треп, я предпочитаю отвечать равноценно, а смысл сотрясать воздух просто так?

— Мая? Таймар? — Марнус подхватывает меня под руку и отводит на скамью, где уже расположился альфа Искар.

Старший дядюшка смеривает нас внимательным взглядом — но ничего не говорит. И за это я ему тоже благодарна, как никогда.

Мы садимся, раздается тихий щелкающий звук — никаких фанфар — и первая десятка хорошеньких волчиц оборачивается. Звери. Гибкие, сильные. Разные. Пусть и волчицы. Светло-бежевые, серые, темные до черноты — только белоснежных нет.

Они срываются с места и проходят через пелену — как прыжок в воду.

Казалось бы, ничего особенного — в том плане, что все давно выверено, дичь расставлена по позициям, даже результаты примерно известны. Но меня не покидает острое чувство тревоги. Аро Вайре разбередил?

Я ерзаю и ерзаю, пока Искар, наконец, не выдерживает.

— Мая, в чем дело? — альфа говорит, не разжимая губ.

— Не знаю, — передергиваюсь. Спину словно жжет чей-то взгляд, — неуютно мне как-то. Как будто что-то будет, но вот что… Все вроде распланировали.

— Предчувствиям самочек надо доверять, — альфа хмурится.

— Просто настроение испортилось, — фыркаю устало. В самом деле. Здесь охрана лучше, чем в банке. Вот только и о предателе забывать не стоит…

Искар делает какой-то неуловимый жест, и к нему приближается один из охраны альфы — высокий светловолосый кот-бета с разбойничьим шрамом у виска.

— Проверь, — и снова несколько неуловимых знаков на пальцах, — мне доложишь и хозяину.