Моя поневоле

Выбираю самый скромный, закрытый белый купальник с рюшами по краю.

Он ничего не показывает, максимально скрывает все что возможно.

Далхан, похоже, потерял ко мне интерес, продолжает плавать с огромной скоростью от бортика к бортику.

Иду к тому месту, которое он указал как мелкое. Я действительно не очень уверенно держусь на воде, хотя плавать мне нравится.

Но только не в такой ситуации, когда кажется будто огнем дышу, стоит только подумать, что мы, обнаженные, совсем рядом.

Вода, кстати, прохладная. Минут через пятнадцать замерзаю, начинаю икать.

Плыву к ступеням, чтобы вылезти.

Далхан в два взмаха вдруг оказывается рядом.

– Замерзла?

– Вода холодная.

– Серьезно? По мне так кипяток."

"Рука соскальзывает с железного перилла, теряю равновесие. Валиев реагирует моментально. Его руки смыкаются на моей талии, взмываю в воздух. И вот уже стою на бортике бассейна. Приподнял и поставил как куклу, в два движения.

– Ты и правда ледяная.

Зато он – как печка. Его руки выжгли два невидимых клейма одним касанием.

– Пошли, – показывает на запотевшую прозрачную дверь.

– Что это?

– Хамам. Погреешься, еще заболеешь.

– Мне нельзя, у меня же свадьба, – язвительность свою ни при каких обстоятельствах не теряю.

– Вот, умница, все понимаешь.

– Спасибо, что не держишь под капельницей и аппаратом ИВЛ, а то мало ли, сорву миссию.

– Смешно. Идея неплохая. Веди себя хорошо, а то воспользуюсь.

Глава 13

Здесь жарко, сквозь клубы пара мало что видно. Скамьи из камня расположены по всему периметру.

– Поласкай себя, как делала это в спальне, – приказывает вдруг Валиев.

Меня прошивает горячий спазм от его слов. Мне даже не стыдно, все эмоции давно перешли в другое измерение. И все же меня трясет.

– Ни к чему стесняться. Мне нравится твоя чувственность. Расскажешь, что тебе снилось? – его голос звучит ниже чем обычно. Пытаюсь уловить нотки насмешки. Но я уже ничего не понимаю, в голове полный сумбур.

– Хочешь поиграть в фантазии? – спрашиваю хрипло.

– Возможно.

– Серьезно? Человек, который даже не касается меня, – вырывается неожиданно, и я прихожу в ужас от того что выдала свою самую страшную тайну этому мужчине. Свою застарелую боль.