Моя принцесса

 – Знаешь, никогда не пила абсент бокалами, лишь стопками, но так даже интереснее, сшибает наповал уже со второго стакана, – заплетаясь языком, выдала она. Ого, похоже, не только меня проняло.

– Да не надо им мстить, это всего лишь зависть. Побуянят и перестанут, – ответила я, наливая очередную порцию.

– Ты у меня святая! Они за спиной шушукаются, обсуждают, козни строят, а ты их жалеешь, – вздыхая, сообщила подруга, не отставая в наливании напитка.

– А на что обижаться-то? На правду? – с грустью сказала я.

– С чего вдруг? – от моей фразы, Катрин аж протрезвела малость.

– Так ведь правда. Я что, не сплю с ним? Сплю! Работаю на него? Работаю, хоть и не за то, что они думают. Некрасивая? Ну не совсем уродина, но и часть правды тут есть, – всхлипнула я, осушая очередной бокал. Эх, хорошо пошла! Да ну эти стаканы, буду пить из горла. Вот устроюсь на кроватке мягкой, так и продолжу.

Пять шагов до кровати дались с трудом. Пол всё время куда-то вертелся, да и потолок время от времени приближался.

– Так, стоп! Откуда такие мысли, вы пара! – возмутилась она, идя за мной по той же кривой. Может и правда тут пол кривой? Ну не можем же мы вместе ходить так странно.

– А чем докажешь, что он мой, кроме того, что мы пара? Как понять, что я его? – подруга, сбитая с толку вопросом села на месте, так и не дойдя до меня.

– Ну, колечко там, – показывая рукой на свой палец, стала перечислять она, медленно ползя на четвереньках.

– Какое? – спросила, показывая свою пустую руку.

– Ну, тогда метка, – заплетаясь, сказала она, с трудом залезая ко мне на кровать. А я думала, меня сильнее проняло, но я хоть дошла, а Катрин вон уже ползает.

– Какая метка? – задумалась удивлённо. Может я что-то упустила?

– Так вот, – весело ответив, подруга показала плечо, где был слегка виден укус. О-о-о, я его помню, ещё на свадьбе его приметила, но я думала это просто так, не успела ещё зажить ранка. Мало ли какие там игры у них в постели.

– А у меня и такого нет! – чуть не плача сказала я, отпивая из горла.

– Так как пару встречают, так и ставят! Это знак принадлежности волку, пока его нет считай ты свободна, – гордо выдала она, а я заревела как ребёнок.

– Я свободная! – рыдала я.– Я ему не нужна, у меня не кольца, не метки. Я действительно подстилка богатого папика!

– Ну не плачь, ещё поставит, – утешала она и, отобрав бутылку, сделала несколько глотков.