Моя незнакомая жизнь

Я уж не говорю про оплавленные кнопки, нацарапанные и нарисованные на стенках неприличные слова и схематично изображенные гениталии. Бог знает, как мыслит человек, для которого написать на стене название половых органов – осуществленная мечта.

– Надо было пешком подниматься. – Ника уткнулась в свой воротник и страдальчески сморщилась. – Вот же ж сволочь!

– Надо было…

Петька дышит ртом, а мне и вовсе худо. Но риелторы все-таки люди, более-менее привычные к подобным «прелестям» быта. Правда, к некоторым вещам привыкнуть невозможно.

Не знаю, что побуждает людей на свинство, но как-то раз я застала в нашем подъезде тетку, которая совершила подобный грех и уже деловито поправляла одежды, собираясь уйти, оставив результаты содеянного на всеобщее обозрение. Вообще-то у нас подъезд закрывается на кодовый замок, но она, видимо, юркнула за кем-то из соседей и решила, что вполне уместно пометить территорию.

Я тогда подняла крик, на который сразу подтянулась баба Рая с первого этажа. Ее кодовая кличка Кастрюля, такая она шумная – как кастрюля, падающая на пол среди ночи. Баба Рая быстро сообразила, что произошло, и дело закончилось тем, что тетка вытирала лужу собственным свитером, глотая злые слезы под дружные насмешки всех, кто на тот момент оказался дома. Думаю, тот случай надежно отучил мерзавку гадить в чужих подъездах.

– Если ты не перепутал балконы, то квартирка Маринки должна быть здесь. – Ника нажимает на кнопку звонка. – Ну, Ритуля, пощупаем нашу красотку за все места?

– Если она причастна к этому делу, я ей сердце вырву.

– Хм, никого нет дома… – удивляется Ника и снова нажимает на звонок.

– Тихо! – Петька отводит ее руку от кнопки. – За створкой кто-то есть.

Глава 6

Тамбурная дверь приоткрывается, и мы видим Маринку во всей красе – лицо распухло от слез, волосы в беспорядке, одета в старенький халатик, на ногах растоптанные тапки.

– В гости не хочешь пригласить? – ухмыляется Ника. – Или прямо тут будем разбираться?

Маринка молча пятится. Чего там церемониться? Мы шагаем за ней.