Моя милая Золушка, или История сводной сестры

Они практически не навещали меня. Для них я позор семьи, позор рода драконов.

… И когда меня отправили в Тёмные чертоги – ничего толком не поменялось.

Всё вокруг было пропитано знакомым лицемерием. Разве что, отец… Он возненавидел меня с первого взгляда и, наверное, я даже почувствовал облегчение. Неприкрытая ненависть лучше разъедающих взглядов презрения.

Я верил в то, что все остальные такие же.

Мой брат. Драконы. И, конечно, девчонки с того отбора.

Меркантильные, алчные, бесполезные создания.

О какой любви шла речь, когда всё это мероприятие зависит лишь от драконьих инстинктов? Примитивная звериная тяга раздражала меня не меньше всего остального.

Я не считал аморальными те издевательства, коими подвергал благородных девушек.

Они хотят приручить дракона, как домашнего пёсика? Тогда должны быть готовы к последствиям.

Мне нравились их злые слёзы и крики. В тот момент я чувствовал торжествующее злорадство и даже Виктор не мог меня переубедить.

Я не хотел признавать его братом и считал таким же лицемером. Виктор был любимым отпрыском тёмных, а я – досадной ошибкой, которая продолжала жить, несмотря ни на что.

В редкие моменты мне снились сны о прошлом. О том, как я прыгал со скал, надеясь, что внутренний зверь, всё же, однажды пробудится. Тогда мне казалось: это единственный способ получить признание.

Но всё заканчивалось одинаково: боль, треск костей и моё искореженное тело на бренной земле. Кровь перемешивалась с пылью, а я горько рычал, впиваясь сбитыми пальцами в камень и царапая его, что есть мочи.

Но, даже я тогда не думал, что меня стоит лечить.

Зачем ты пытаешься показывать свою доброту? Просто брось меня, так будет лучше для всех.

Мне казалось: душевная броня крепка, не пробиться. А потом я встретил Даниэлу Айве.

Она… Представлялась мне апогеем всех лицемерных девиц. Вздорная, нахальная, ужасно упрямая. Я с упоением подумал, что она достойна моей ненависти, действительно достойна.

Потому что Даниэла словно специально подбирала именно те слова, которые задевали моё нутро сильнее всего.

И тем не менее… Я не мог ненавидеть её полностью. Иногда я даже волновался, когда дурная девка попадала в рисковые ситуации.

В ней роилась какая-то безрассудность. Я стал замечать, что она искренне заботится о сестре, хоть и не хочет того показывать.

А ещё я видел, как она восторженно смотрит на моего брата.