Моя мишень

Скоро мы будем снимать, как Дарина разбирает подарки, а пока, широко зевая, готовимся, все красиво запаковываем, укладываем эффектной горкой. Дарина появляется со значительным опозданием и выглядит так, словно вообще не ложилась. С порога сообщает, что ей нужен душ и ведро кофе. Я смотрю на нее мрачно, пытаясь разгадать, где и с кем она ночевала.

— Марго и ее испепеляющий взгляд! Ух, боюсь! — говорит она, делая страшные глаза и растопыривая пальцы. — Очухалась, алкашка?

— Вполне. Он бы никогда в здравом уме даже не посмотрел на такую, как ты.

— Ну нет, он специально включил свет, чтобы видеть. Все видеть! — тянет она слова и сладко потягивается. Выглядит при этом настолько правдоподобно, что я, находясь в не совсем адекватном состоянии, верю мгновенно."

"Верю и умираю. Пульс, не досчитавшись пары ударов, разгоняется до максимума, я срываюсь с места и бегу в туалет, где меня выворачивает наизнанку. Меня рвет без остановки желчью и горечью, я никак не могу унять спазмы, при этом захлебываясь в рыданиях.

Как же так? Мой родной человек, мой любимый человек. Боже, ну как же так?!

Дарина что-то там кричит, посылая мне вслед подробности прошлой ночи, которые слышать так же приятно, как глотать битые стекла.

Я рыдаю взахлеб, силы закончились. Все, нету больше. Звенит донышко. Меня трясет, я хочу крикнуть, чтобы убиралась, но из-за слабости выходит не то мычание, не то хрип.

В дверь стучатся, а потом кто-то заходит. Я не закрылась, не было времени. Мои плечи и голову гладят сразу четыре руки, я понимаю по ароматам духов, что это Софа и Анжела. Анжела сдергивает воду в унитазе, а Софа обнимает меня и продолжает жалеть:

— Она врет, не слушай ее. Он ее отбрил.

— Это правда, Марго, эту ночь она провела с Виталиком, — добавляет Анжела.

— Твой сказал, что не заинтересован в ее услугах, — вновь шепчет Софа, и я, наконец, улыбаюсь.

— Словно это у Виталика вчера был день рождения! — острит Анжела со смешком, стараясь меня взбодрить. Но она ошибается, мне совершенно не доставляет удовольствия слышать про очередное унижение Дарины. Мне грустно за нее. — Вит в таком шоке был, представь.