Моя Мия. На осколках первой любви (СИ)

— Расслабляться тоже надо, но это дело каждого, — постановляет папа.

— Клуб, — мечтательно произносит Громова. — Когда мы сходим?

— Началось, — закатывает глаза с улыбкой дядя Андрей.

— Я хочу танцевать. Элина, пообещай мне, что как только ты родишь и немного освоишься в роли матери четырёх детей, мы девчонками пойдём танцевать?

— Конечно, пойдём, — подтверждает мама, выставляя перед Лёвой фарфоровый чайник и красивую чайную пару. — Сахар, — пододвигает стеклянную вазочку.

— Спасибо, — кивает Демидов.

Чувствует себя вполне раскованно, несмотря на кучу незнакомых людей. Я бы терялась, руки заламывала. А он как скала спокойный. Это вызывает восхищение.

Слежу за движениями его пальцев, помешивающих чай.

— Зря я клуб продал, — замечает папа и получает шутливый тычок от мамы. — Придётся арендовать для вас на вечер.

— У вас денег не хватит, — подначивает тётя Настя.

— Скинемся с Глебом и Долинским. Они побогаче будут."

"За общим полушутливым разговором протекает ещё минут десять, прежде чем громко хлопает входная дверь.

— Мирон? — удивлённо восклицает Громова. — Ты вроде не собирался?

— Всем привет, — произносит Мир и окидывает взглядом всех присутствующих, зависая на Демидове.

Прозрачные глаза темнеют, и он резко подаётся вперёд.

Зажмуриваюсь и снова размыкаю веки. Сердце отдаёт в рёбра, потому что я не видела его кучу времени, а он ни капельки не изменился.

— Мирон, — протягивает открытую ладонь Громов. — Встречались раньше, но лично не знакомились.

— Лев, — отвечает невозмутимо мой спутник.

— Ужинать будешь? — обращается к Мирону мама, поджимая губы и неловко поднимаясь.

— Нет, но спасибо, — мотает головой Мир и смотрит прямо на меня. — Я к Мие.

— Ко мне? — удивлённо разворачиваюсь, пребывая в панике.

— Да, — его лицо напряжено, но, пожалуй, замечаю это только одна я. — Мне нужны лекции по проектной графике.

— А-а-а, да, — подпрыгиваю с места, извиняясь глазами перед Лёвой. — Прости, я совсем забыла тебе отдать.

В полнейшем молчании выходим из кухни. Поднимаюсь по лестнице, чувствуя, как по обнажённой пояснице распускаются мурашки оттого, что он пялится, неотрывно следуя за мной.

Зачем? Я бы спустила ему эти проклятые лекции на первый этаж.

Зайдя в комнату, Мирон плотно прикрывает дверь и опирается на неё спиной, складывая руки на груди. Молча наблюдает, как я ищу его тетрадь в стопке на столе.

— Просто чудесно, — ворчу шёпотом, закусывая губу.