Моя любой ценой

Которых подсылают к значимым людям, чтобы совратить, расслабить или отвлечь. Даже женами некоторые из них становятся, постоянными спутницами – особенно часто. Внушают интересные решения, подстраивают так, чтобы объект оказался в нужное время в нужном месте. Передают информацию, да мало ли.

У самого целый рассадник таких особенных.

Их ни с кем не перепутаешь, но глаз должен быть наметан. В них чувствуется игра и свой интерес. Даже если расчет идет на невинность. На то, что такую девочку холить и лелеять, защитить захочется.

Половина столицы с моими такими вот девочками живет, и даже не подозревают.

И Милану мне так же подсунули.

Даже смешно стало, когда она на мне те уловки применять начала, которым я сам своих тайных эскортниц обучал.

Сделал вид, что поддался на чары.

Даже вроде своей постоянной женщиной сделал.

А сам следил, наблюдал. Нашел. На Грека моя красавица работает. Но еще не факт, что именно он напрямую с Коброй и сотоварищами его связан.

Но эта девчонка с небесным взглядом – точно не из таких.

Она – настоящим, мучительно до сердца чем-то одним взглядом пробраться сумела.

Как увидел только , уже знал, что рука не поднимется. Что защищу. Уберегу от всех, и от врагов и от друзей. От Гордея.

У нее глаза – совсем другие.

Блядь, как первый нетронутый снег, к которому и прикоснуться жалко.

Так пронзила, что шатнуло меня даже.

Будто алмаз посреди дерьма увидел.

Нельзя было ее оставлять. Никак нельзя.

Мне все не с руки.

Разве что спасет, что Кобра здесь, в доме и не сразу от удара умер. Подать можно будет так, что у них с Грачом драка завязалась. Что он Грача убил и доползти еще до домика своего успел, а тут уже и сдох. Тогда меня свои хоть не загрызут. Тогда выплыть и Регину вытащить шанс будет.

А иначе…

Иначе будет выглядеть, что я обоих завалил.

Нельзя мне на этом трупе светиться. А девчонка же – просто бомба! Она все видела.

Все понимал, все знал, - но, блядь, не смог!

Когда потом Гордей в лесу ее поймал, когда второй раз увидел, опять сердце дернулось и повело.

Чистая она, такая хрупкая, такая невинная. Несмотря даже на то, что почти снял ее с урода.

Ее уберечь хотелось. Под пальто спрятать и с глаз все, что она увидела стереть. От всего мира спрятать и оберегать.