Моя гениальная подруга

Он повернулся к Фернандо:

– Ваша дочь сказала, что вы все трое долго работали над ними и что планируете шить и другую обувь, женскую.

– Так и есть, – сказал Рино, с изумлением глядя на сестру.

– Ну да, – растерянно подтвердил Фернандо. – Но не сейчас.

– А нельзя ли взглянуть на какие-нибудь эскизы? У вас ведь есть эскизы?

Рино изменился в лице: испугался, что сестра откажется, но на всякий случай сказал:

– Покажи рисунки.

Лила продолжала его удивлять: без всяких возражений пошла в подсобку, принесла рисунки и протянула брату, который вручил их Стефано.

Стефано показал мне рисунок женских туфель на высоком каблуке.

– Ты бы такие купила?

– Конечно.

Он снова стал рассматривать рисунки. Затем сел на табуретку и снял правый ботинок.

– Какой это размер?

– Сорок третий, но подойдут и на сорок четвертый, – соврал Рино.

Лила, продолжая изумлять нас, взяла обувной рожок, опустилась перед Стефано на колени и помогла ему обуть ногу в новый ботинок.

Стефано, до того изображавший решительного делового человека, заметно волновался. Он подождал, пока Лила поднимется, и еще несколько секунд сидел, переводя дыхание. Потом встал и прошелся.

– Тесноваты, – сказал он.

Рино разочарованно нахмурился.

– Можем чуть растянуть на специальной машине, – неуверенно вмешался Фернандо.

Стефано посмотрел на меня и спросил:

– Как они на мне?

– Хорошо, – сказала я.

– Тогда я их беру.

Фернандо хранил невозмутимость, зато Рино сиял:

– Только смотри, Стэ́, это эксклюзивная модель «Черулло». Они недешевые.

Стефано по-дружески улыбнулся и сказал:

– Как ты думаешь, если бы это не была эксклюзивная модель «Черулло», стал бы я их брать? Когда будут готовы?

Рино, не скрывая радости, смотрел на отца.

– Подержим в машине дня три, – решил Фернандо. Он мог бы назвать срок и в десять, и в двадцать дней, и в месяц, лишь бы потянуть время и свыкнуться с новостью.

– Отлично. Определитесь пока с ценой, чтобы меня тоже устроила, а через три дня я за ними зайду.

Он у нас на глазах сложил рисунки и убрал их в карман. Затем пожал руку Фернандо и Рино и направился к двери.

– А рисунки? – холодно спросила Лила.

– Я верну их тебе через три дня, хорошо? – дружелюбно сказал Стефано и, не дожидаясь ответа, открыл дверь. Пропустил меня вперед и вышел следом.

Я уже сидела рядом с ним в машине, когда из мастерской выбежала Лила.