Моя драгоценность

– А они не почуют, что кулон удаляется от гротов? – встревожилась Левидия и ближе подошла к Дону.

– Мы не сразу уйдём, – успокоил её старший Лис. – Подождём немного, они вряд ли будут долго бродить.

Дальше они шли в тишине, и Элетта сама не заметила, как приблизилась почти вплотную к Вейнеру, вцепившись в его руку. Светлячки давали немного света, что облегчало путь, только вот когда они добрались до большой пещеры с ручьём, как говорил Дон, Эли неожиданно оступилась, её нога заскользила на камне, и она с тихим возгласом взмахнула рукой в попытке поймать равновесие и не шлёпнуться на склизкий и твёрдый пол пещеры.

– Осторожнее, – выдохнул он, не торопясь отстранять младшую Рысь, хотя Дон и Леви уже ушли вперёд.

– Х-хорошо, – пробормотала Элетта и пошевелилась. – Пойдём, а то отстанем, – поспешно добавила она."

"Вейнерд же, чуть ослабив объятия, руки с её талии не убрал, придерживая всё время, пока они шли по пещере с мокрым полом. А Элетта не нашла в себе сил огрызнуться или заявить, чтобы убрал руки и просто держал её ладонь…

Дон тем временем дошёл до указанного в записке Волка короткого коридорчика с тайником и остановился там.

– Что дальше? – полюбопытствовала Леви, заглянув ему через плечо.

– Тайник закрывает иллюзия, – пояснил старший Лис и окинул стену перед ним прищуренным взглядом. – И на это я тоже кое-что захватил, – он вынул из кармана на цепочке причудливый агатовый кулон – камень неправильной формы в оправе из серебра. – Сейчас посмотрим… – пробормотал чуть тише Дон и поднёс кулон к стене.

Эли, затаив дыхание, подобралась поближе с другой стороны, но была ловко утянута к Вейну его же наглой конечностью, крепко обнявшей за талию.

– Не мешай, – выдохнул он ей на ухо и Элетта чуть не фыркнула.

Она хотела было несильно пихнуть нахала локтем в бок, но не успела: старший Лис, издав тихий возглас, присел на корточки.

– Нашёл?! – с нетерпением спросила младшая Рысь, вытянув шею.

– Нашёл, – с удовлетворением произнёс Дон, что-то сделал и выпрямился, держа в руках уже два кулона. – Вот, собственно, и наша семейная реликвия. Точнее, её половинка, – он покачал цепочку.