Моя. Чужая. Беременная

Интересно, что за сюрприз в этот раз? Очередная DDoS-атака?

Кликаю мышкой.

Жду пока загрузится почта. А когда понимаю, что за письмо мне пришло, губы сами растягиваются в улыбку.

Неужели? Великий и ужасный Лев Радзинский прокололся? Глазам не верю. Но вот они – неопровержимые доказательства его махинаций. У меня на руках. Мой главный козырь в игре против старого бандита.

Столько времени я искал хоть что-то, что поможет мне играть с ним на равных. В глазах Радзинского я все это время был мальчиком на побегушках, который, к тому же, должен ему кучу денег.

Я был не против этого брака. Лариса красива, ухожена, умеет вести себя в обществе и в постели. Чего еще желать от жены?

Но когда в моем доме появилась Ася – все изменилось. А сегодня утром, глядя на нее и вспоминая вчерашний вечер, я окончательно понял, что этот брак не для меня.

Я не смогу быть с Ларисой.

Потому что хочу быть с другой женщиной.

В мысли врывается телефонный звонок.

А вот и она. Лариса.

Морщусь, поднимая телефон к уху.

– Ты где? – раздается в трубке.

В голосе Ларки слышны истеричные нотки. Что опять случилось?"

"– В офисе, – отвечаю, сдерживая накатившее раздражение.

– И как себя чувствуешь?

– Нормально, а что?

Недоуменно смотрю на телефон.

– Совесть не мучает?

– А должна?

– Знаешь что, Стальнов, – ее голос резко меняется, – ты задрал своими похождениями.

– Что? – хмурюсь. – Ты о чем?

– У нас свадьба через две недели, а ты любовницу в дом привел? Думал, я не узнаю?

Отодвигаю трубку от лица. Ларка что-то кричит, а я пытаюсь понять, о какой любовнице идет речь. Да у меня уже месяц не было никого…

– Мне Ветров все рассказал! Тварь ты, Стальнов, самая натуральная! И просто так не отделаешься! Отец тебя живьем в асфальт закатает! Или нет, лучше засадит в тюрьму! Хочу увидеть твою рожу за решеткой!

Недоуменно чешу подбородок: забыл сегодня побриться.

– Эм… и за что же меня садить?

– Ты же сам признался, что сбил человека! Поверь, мы найдем свидетелей, которые это докажут!

В трубке гудки.

Опускаю телефон на стол. С минуту смотрю в пространство, пытаясь осознать произошедшее. А затем понимаю, что ржу. Самым натуральным образом. Сижу в своем кожаном кресле, пялюсь в потухший экран монитора и ржу.

Постепенно до меня доходит вся абсурдность ситуации.