Моя. Чужая. Беременная

Так что вам не о чем беспокоиться, – заверяю, сохраняя спокойствие.

– Что значит “не о чем беспокоиться”? Ты мне зубы не заговаривай! Почему билет сдал?

– Договор пока у юристов. Мы еще на стадии обсуждения некоторых пунктов.

– Да плевать мне на твой договор! Объясни, почему не поехал?

Отрываю телефон от уха, смотрю на него как на врага. Но выбора нет, придется сознаться. Хотя бы частично. Иначе моя ложь выльется в большую проблему.

– Лев Аркадьевич, это не телефонный разговор. Мы можем встретиться?

Тот сопит в трубку.

– Хорошо, – он выносит вердикт, – через час в твоем офисе.

Закончив разговор, переключаюсь на Вадима. Предупреждаю, чтобы был готов через десять минут. Этого времени мне хватает, чтобы проглотить остатки завтрака, переодеться и находу выпить чашку остывшего кофе под неодобрительным взглядом Татьяны.

– Асю из дома не выпускать! – вспоминаю уже на пороге.

"Не хочу ее потом искать по всей округе. А звонить и писать ей все равно некому, раз ничего не помнит.

– Куда едем, Максим Николаевич? – Вадим уже ждет за рулем.

Дым и Егор быстро тушат недокуренные сигареты и аккуратно складывают “бычки” в пепельницу. Знают, что я не курю и терпеть не могу, когда окурки швыряют под ноги.

– Сначала в офис. Потом в салон к Ларисе Львовне.

Это для меня она Ларка, а для всех остальных – Лариса Львовна.

Хотя нет. Мои деньги

Не могу сказать, что доволен своей невестой. Особенно после того, как она начала “улучшать” свою внешность. В постели с ней хорошо, не скрываю, и когда-то она мне даже нравилась. Но испытывать какие-то живые чувства к этой жертве красоты с силиконовыми губами и сиськами я уже не могу.

Почему мы все еще вместе? Хороший вопрос. Скорее всего, потому что мне так удобно. Все знают, что у Макса Стальнова есть невеста и уже назначена дата свадьбы, а будущий тесть – депутат государственной Думы. Это открывает многие двери и защищает меня от лишнего внимания со стороны незамужних дам.

Но главное, Радзинский пообещал, что мои акции вернутся ко мне в виде Ларкиного приданого. Я согласился. На тот момент просто не видел другого выхода.