Моя бывшая будущая невеста

Так-то Виктор Леонидович не делает дважды выгодных предложений, но ты отчего-то, красотка, запала ему в душу. Отсасываешь наверно, хорошо.

И темноту разрезает мерзкий гогот. Двое. Ублюдков двое. И они угрожают Тее.

Ускоряю шаг, глаза наконец-то привыкают к темноте, и я могу увидеть очертания двух бугаев в конце дома.

И отчаянный крик Богини отключает разум и заставляет перейти на бег.

— Отпустите! Не трогайте меня!

Головорезы ржут и не обращают внимания на мои приближающиеся шаги. Мне приходится присвистнуть, чтобы привлечь к себе внимание.

Ублюдки оборачиваются, и мое затуманивающееся яростью сознание отмечает, что один из них стоит, искривив губы в ухмылке, и поигрывает четками. А второй…

Отвечаю, он — покойник."

"Мразь прижимает Тею к стене, рукой прижав ее шею, не давая возможности пошевелиться. Богиня едва дышит, глаза расширены от ужаса, а в них стоят невыплаканные слезы. И именно они выпускают моего внутреннего зверя наружу, отдав ему команду «Фас». И он жаждет крови.

— Давид…

— Эй, мужик.

— Пошел отсюда, — ублюдок сплевывает на землю, выказывая неудовольствие. — Все нормально. Не видишь, бабу свою воспитываю.

— Повторяю для тупых: руки убрал и отошел на шаг назад, — скидываю пиджак на землю, чтобы он не сковывал движения.

Ярость ядом распространяется по венам, требуя выхода наружу. Ну же, мразь, давай, дай мне повод ушатать тебя.

— Я же сказал, — мужик убирает руку с шеи Богини и делает шаг навстречу, — это моя…

— Это моя женщина, — мой кулак летит четко в цель, с первого удара ломая нос головорезу.

Пользуюсь некоторым преимуществом и сношу мужика с ног на землю. Наваливаюсь сверху и четко, безжалостно, удар за ударом отбиваю навсегда желание угрожать слабой и беззащитной девушке.

Настолько увлекаюсь процессом, что крик Теи слышу одновременно с обжигающей болью в предплечье.

Жажда крови затмила разум, и я упустил из виду второго урода, за что и получил порез ножом. Но сейчас в моем организме переизбыток адреналина, что, кажется, это не ранение, а лишь досадное недоразумение.

Поднимаюсь на ноги и, не обращая внимания на вопли ссыкливого мужика, наступаю на него.