Мой враг-дракон: Разоблачить и не влюбиться (СИ)

Но я уверена, — Эсимэ округлила глаза и шепнула страшным голосом, — что то расследование ещё не завершено!

Я посмотрела на неё и попыталась охладить энтузиазм служанки, который мог неизвестно к чему привести:

— А ты уверена, что всё это не твои фантазии?

Эсимэ обиженно поджала губы, поправляя на мне платье.

— Вот и госпожа Ларк сказала то же самое!

— Эсимэ, — я отошла от неё и зажгла огоньки, чтобы просушить волосы, — работа квизари — это не куча невероятных предположений и попытка увязать их с реальностью.

Это работа с фактами, с тем, что может быть доказано…

Эсимэ покраснела, опустила голову, явно борясь с возмущением, и тихо, сдержанно ответила:

— Да, госпожа Ания. Но разве вам поведение покойной супруги господина Каль не показалось странным?

Что мне могло показаться странным тогда, семь лет тому назад, когда я думала только о восстановленной справедливости, радовалась за Алану и Каэма, твердила, что теперь-то всё будет хорошо?

— Не знаю, — подумав, честно призналась я.

 — Но ты слишком неосторожна, Эсимэ. Оставь это дело, с ним связано очень много плохого, а достойный Каль-Иэрэм так тяжело переживал предательство супруги, что в конце концов не вынес и устранился от управления альгом, поручив всё это Ниарвену, — я перевела дух. Огоньки тыкались мне в мокрые волосы, как ласкавшиеся зверьки, и я отмахнулась от них. — Это не то, с чего тебе следует начинать службу, Эсимэ, поверь мне.

Судя по упрямой складке у губ служанки, она не собиралась просто так сдаваться.

Я вздохнула: выгонит её Хэг-Дааль, и мне скажет, что служба квизари — не для человеческого ума. А я так хотела, чтобы Эсимэ осуществила свою мечту!..

— Ладно, пойдём уже, — уже у двери я стала причёсывать волосы пальцами, и Эсимэ, укоризненно покачав головой, протянула мне деревянный гребень. А потом серебряную змейку, которую я сняла на время мытья, а теперь вновь с удовольствием надела на запястье и погладила металлические чешуйки. Этот неучтённый артефакт помог мне в бою с демоном!"

"В коридоре, поблизости от своей комнаты, я наткнулась на Рика — он выглядел непривычно смущённым и прятал за спиной какой-то предмет.

Я кивнула Эсимэ и стражникам, чтобы отошли подальше, и тихонько спросила у Рика:

— Что такое?

Вместо ответа он продемонстрировал мне букетик трогательно-жёлтых, как пух заморских птичек, цветов. От них приятно пахло.

— Это хизани, — пояснил Рик, — цветы, которые растут даже в бланкастрийскую зиму.