Мой желанный враг

- Наконец-то!

Полинка приближается и помогает мне справиться с пуговицами. У неё тоже терпения не хватает, она дёргает за петли и лихорадочно срывает рубашку с моих плеч. Тянет вниз мои брюки и трусы.

- Похоже, нам нужна няня. – Смеюсь я, целуя её.

Жена нетерпеливо впивается губами в мои губы, играет своим языком с моим языком, дразнится.

- Ах, так! – Я швыряю её на кровать и падаю сверху.

Придавливаю её весом своего тела.

- Как грубо! – Смеётся она, покусывая мои губы.

Я веду ладонями по её бедрам, поднимаю подол платья и с удивлением обнаруживаю, что она уже без белья.

- Значит, ты приготовилась…

- Чтобы не терять зря время, - хихикает она, кусая меня за подбородок.

- Плохая девочка. – Шепчу я, задыхаясь.

Я лежу на ней так, что стоит мне сделать хоть одно движение, и я окажусь внутри.

- Очень плохая!

Глаза Полины вызывающе блестят, она выгибается и трётся об меня так, что терпеть становится всё сложнее.

- Любишь же ты издеваться. – Хрипло говорит она.

Её ногти нетерпеливо впиваются в мои ягодицы.

Чем дольше я над ней издеваюсь, тем сильнее нарастает моё собственное желание, и она это понимает. Её взгляд смеётся надо мной.

- А к чёрту. – Говорю я и вхожу в неё сразу глубоко и до предела.

- О… - изгибаются её губы.

Она ловит ртом воздух и крепко обвивает меня ногами.

Я замираю, а через несколько секунд начинаю осторожно раскачиваться. Медленно, очень медленно. Мы почти не двигаемся, но её руки мечутся по моей спине.

- Садист, - стонет Полина, закатывая глаза.

Подставляет шею для поцелуя, и я медленно веду по ней губами.

Делаю один глубокий толчок и снова возвращаюсь в неспешный ритм. Наши губы сливаются в неистовом поцелуе, от которого все ощущения становятся острее и невыносимее. Но самое главное наше единение – во взглядах. В них страсть, нежность, доверие, преданность, свет. Мы наполняем друг друга любовью до самых краёв.

Через минуту Полина напрягает ноги и начинает дрожать. Я усиливаю темп и стискиваю её сильнее.

- Твою мать, господи!..

Как некультурно. Ай-яй-яй.

Я притягиваю её к себе и вбираю всем телом её дрожь.

Она бьётся в моих объятиях и выкрикивает моё имя. Я собираю солёный пот с её кожи и внимательно слежу за тем, как меняется её лицо – от удивления к блаженству. Нет, ничто не может изменить её, никакие операции и шрамы. Она – всё та же Полина, она моя женщина, и это навсегда.