Мой волк

Сейчас мной руководило желание, оно туманило разум, плавилось и растекалось по телу лавой.

Какая же я слабохарактерная дурочка! Неужели опять разрешу касаться себя, чтобы потом тихо плакать, пока никто не видит? Улыбаться, будто не больно и я для меня эти поцелуи ничего не значат? Только вот после этих поцелуев мне уже некуда бежать…

Я отвернула лицо.

– Нет, – сказала не своим голосом, он шел изнутри. Глубокий и властный.

Ветер ударил по ногам, телу, лицу, а потом затих на мгновение, чтобы тут же закрутиться смерчем вокруг нас с мужчиной.

– Не трогай меня!

Вместе с криком небо разрезала яркая молния. Она ударила один раз, взрывая землю, второй, третий, и каждый удар был все ближе к нам.

От сильного толчка в спину я полетела вперед, упала больно ударяясь коленями и свозя ладони, обернулась к титану, чтобы выкрикнуть проклятья, но следующий яркий зигзаг с гулом попал точно ему в ноги.

Глава 16.

– О, боже! – выкрикнула я и неуклюже подбежала к мужчине. – Мамочки, – прижала ладони к груди.

Поза титана пугала. Раскинутые в стороны руки и запрокинутая голова с приоткрытым ртом. Я спустилась взглядом по телу и ахнула… ноги. Брюки до середины бедра висели лоскутами и тлели, а сами голени и колени покрыты черной сеткой вен, землей и сажей.

– Что делать? – я осмотрелась в кромешной темноте.

Ветер продолжал трепать мои волосы и одежду, молнии сверкали где-то вдалеке, а с неба сорвались первые холодные капли.

– Дмитрий, – позвала я. – Дмитрий, – подошла ближе, склонилась и коснулась мужской шеи.

Я никогда не проверяла кому-то пульс, но в тех фильмах, которые когда-то смотрела, герои могли нащупать его сразу, и я поступила по их примеру.

– Ой, – выдохнула, прикладывая пальцы то выше, то ниже. – Только не это. Где же?

Я схватилась за свою шею, не с первого раза ощущая пульсацию."

"– Ты же не умрешь? – спросила я жалобно, припадая на колени и вновь пробегаясь подушечками пальцев по мужской шее.

Дождь усиливался – барабанил по голове, плечам, спине.

– Ну же! – склонилась совсем низко к лицу титана, попыталась уловить дыхание.

– Не смей тут умирать! – сказала громко. Перевала взгляд с мужского лица на грудная клетку, что оставалась неподвижной. – Господи, да что же делать?! – я в отчаянии зажмурилась.