Мой порочный Новый Год

— Мам! Да прекрати! — Валерон выпутывается из её цепких объятий, — короче, я это… как его… типа переезжаю!

Тишина. Кажется, я слышу, как от злости стучат зубы его маман. Он бы как-то наедине вводил мать в шок. А то сейчас нам всем придет пипец.

— Ну, — пищу, — мальчики, нам пора! Там дела семейные, не для наших ушей…

Хватаю их за рукава и тащу к домику. Но вулкан по имени маман уже начал извержение. Никому не скрыться.

— ЧТО ТЫ СКАЗАЛ?! — гремит она.

Судорожно ищу глазами укрытие. А то заденет осколочными. Стану сопутствующим ущербом.

— Мне пора… жить отдельно типа! — объявляет Валерон, и тут я начинаю конкретно так его уважать.

— Моя школа, — скалится Андрей.

Маман хлопает накрашенными ресницами. Затем всхлипывает. Ну вот, начались манипуляции. Держись, Валера!

— Я тебя растила, неблагодарного такого! — рыдает в голосину, — всю жизнь положила! Отказалась от своих желаний! От женского счастья! Всё тебе! И вот, чем ты мне платишь?! Неблагодарный!

— Мам… ну ты чё, маааам, — гундит Валера.

— Валерон! — гаркает бородач, затем проводит большим пальцем по шее, мол, если сдастся, то айтишнику несдобровать.

"— Мам… пойдем, поговорим… ну… типа это, я же взрослый! — заявляет он уже не так уверенно, как до этого, — мне двадцать семь! Я семью хочу и…

Он бросает на меня короткий взгляд.

— И жениться!

— Ты мой сыноооок! — она бросается к нему на грудь, — ужас-то какой! Люди добрые, что творитсяяяя!

Вокруг уже собираются первые проснувшиеся отдыхающие. Со стороны главного корпуса выходит Маша. Я тебе покажу еще, овца крашеная! Крепко жмусь к своим мальчикам.

Пусть видит!

Девчонка поджимает губёшки. Ничего! Отныне будет знать, что эти самцы мои. Машка скрывается за дверью, а спектакль под названием «разочарование матери айтишника» входит в кульминацию.

— МАМ! Ну не позорь нас, а? Пойдем, просто поговорим в домике!

Валерон утаскивает рыдающую мать прочь. Народ начинает расходиться.

Когда мы возвращаемся в номер, мне кажется, будто прошел целый год, а не один день. Стаскиваю с себя ботинки, шапку и куртку.

Разворачиваюсь.

— Красивая, — голодный взгляд Лёши прикован к моему телу.

— Согласен, — шепчет Андрей.

— Я поговорить хотела, — облизывая губы, отхожу к постели.

— Не знаю как ты, а у меня все мозги уже в член перетекли, — рычит бородач, стягивая свитер и джинсы.

— Согласен, — отвечает брюнет, раздеваясь.

Упс! Меня валят на постель и любят. Жарко, горячо. Здесь можно не сдерживаться.