Мой первый, или Ошибка прокурора

Я прикрыла глаза и с удовольствием ответила на прикосновения его теплых губ.

Громкий стук в дверь прервал нашу идиллию.

— Кто это? — Я с тревогой взглянула на Андрея. — Если снова твои поклонницы с компроматом, я этого не переживу!

— Какие поклонницы, Настя? Я дежурному запретил впускать через домофон гостей! Только тот, у кого есть ключи, может теперь попасть к нам в подъезд. А ключ есть только у одной женщины — у моей матери.

Несколько мгновений мы смотрели друг на друга, переваривая новую информацию, а потом Шувалов, оставив меня на кухне, отправился открывать.

— Далеко убежал?! — послышался звенящий возмущением голос его мамы. — Попробуй только у меня перед носом дверь закрыть! Я тебя не прощу! Заносите, ребята!

Приоткрыв рот от изумления, я наблюдала, как на кухню заходят рослые телохранители с пакетами в огромных ручищах и ставят пакеты на наш стол."

"Скрестив руки на груди и сощурив недовольно глаза, Андрей стоял посреди прихожей и молча созерцал новое представление.

— Вы нас не ждали, а мы приперлись! — В дверях появился Георгий Шувалов все с той же бутылкой хорошего бренди, но уже открытой.

Я нервно сглотнула. Кажется, я недооценила будущую свекровь. Цирк только начинался.

— Настенька, не стой, дорогая, доставай из буфета посуду! — войдя в кухню, командовала Анастасия-старшая.

Я растерянно оглянулась на Андрея. Шумно выдохнув, он подошел к матери и забрал у нее из рук большой контейнер с салатом.

— Насть, скатерть в комоде, в гостиной под телевизором, салатники там же, — сообщил мне.

— Уже бегу. — Я кивнула и отправилась на поиски скатерти.

— Ну что, квартиру разменяем, ремонт сделаем. — Шувалов-старший отхлебнул бренди прямо из бутылки и завертел головой по сторонам.

— А вот самодеятельности не надо! — холодно осадил его Андрей. — Мы с Настей сами решим, как нам быть с нашей квартирой.

— Андрюша, стол раздвинь. — Мать толкнула его локтем в бок. — С квартирой позже разберемся, давайте хоть познакомимся по-человечески.

Я усмехнулась про себя: вот ведь неугомонная женщина! Вбила себе в голову, что надо растрясти бывшего мужа на приданое сыну в семейную жизнь, и прет, как танк.

Андрей вроде сменил гнев на милость, молча помог мне расстелить скатерть и накрыть на стол.

— Я твой салатик любимый сделала, сыночек! С грецким орехом и языком, как ты любишь, — открывая контейнер, ворковала моя будущая свекровь. — Настенька, подай вон тот салатник из хрусталя!

Я подхватила красивый салатник и протянула ей на рабочую зону.