Мой нежный цветок

, Он потянулся через разделяющий их поручень и коснулся рукава ее свадебного наряда — шелкового платья синего цвета. Они с Патрицией купили его во время обеденного перерыва, на этой неделе. Она снова надела его, потому что оно было удобным и стильным, а ей хотелось произвести впечатление на его родственников.

— Свадьба у нас вышла скомканной, — сказал он, — тем не менее невеста была обворожительна.

— Надеюсь, что твои родные тоже так подумают. Ты не рассказал мне, как они встретили новость о твоей женитьбе.

Когда ты звонил, чтоб предупредить, что приедешь с женой. Они были довольны?

— Они отреагировали именно так, как я и ожидал.

От нее не ускользнула двусмысленность ответа. Она с заминкой прокомментировала:

— Звучит не слишком обнадеживающе.

Он ободряюще потрепал ее по руке, словно она была ребенком, не способным понять сложности взрослой жизни.

— Оставь мне заботы по поводу моей семьи, Кассандра, и сосредоточься на вынашивании здорового малыша.

— Нечего меня так трепать, — резко сказала она.

Наш так называемый брак имеет шанс лишь в том случае, Бенедикт, если ты будешь откровенен со мной, ожидая, естественно, от меня того же.

Он тяжело вздохнул, хотя понять, от усталости или от раздражения, она не могла.

— Справедливо будет сказать, что мои родственники были удивлены.

— И счастливы за тебя?

— Я их не спрашивал.

С возрастающим беспокойством она поинтересовалась:

— Почему же?

— Потому что звонок был коротким, связь плохая. В Италии мы проведем неделю, максимум две.

Что делает отношение моих родных несущественным.

Хотя он ответил достаточно прямолинейно, она уловила в его словах скрытый подтекст. Жестко сжавшийся рот, нетерпеливые жесты подтверждали ее догадку.

— Они не одобрили, да? — догадалась она. Они не хотят, чтобы ты привез домой жену.

— Какая разница, Кассандра? У них нет выбора, кроме как принять тебя. — Полная отрешенность, с которой он об этом поведал, практически свела на нет те крохи утешительной надежды, которые у нее еще оставались.

 — Наша с тобой свадьба, как говорят французы, fait accompli [6], и черта с два кто сможет сказать и сделать нечто, меняющее ситуацию. , Ошеломленная, она отвернулась, слепо глядя в расстилающееся за иллюминатором звездное небо. Любой другой муж, везя свою жену знакомиться с родственниками, сказал бы «они будут обожать тебя, так же как я». Но Бенедикт повел себя нестандартно, не сделав даже попытки приукрасить положение дел.