Мой неидеальный мужчина

Здесь моя «крыша мира», не такая шикарная, как у владельца рекламного бизнеса, но всё же это моя территория, куда посторонним вход запрещён. Здесь я сама себе хозяйка, и больше никому не позволю решать за меня, не позволю вмешиваться в мою личную жизнь и втаптывать в грязь.

В следующий миг щёлкает замок, слышится скрежет отодвигаемых засовов. Дверь, скрипнув, распахивается настежь, являя моим удивлённым глазам современного «Гефеста» в валютном костюме.

Блять! Вот что за люди!?

Меня накрывает яростью, потому что Воронцовы видят цель и не видят препятствий! Бесит!

— Где ты взял ключи? — холодно задаю вопрос, затягиваясь под прицелом хищных глаз.

Нужно быть слепой, чтобы не заметить в них адского огня. Злой, как черт. Стоит и сверлит душу молчанием.

— Хотя, зачем я спрашиваю... — чудом сдерживаю нервный смешок, отворачиваясь в другую сторону.

Продолжаю курить.

Дверь звучно хлопает, закрываясь. Тяжёлые мужские шаги неумолимо отсчитывают секунды до предстоящего взрыва, отчего в голову бьет адреналин, ускоряя моё дыхание.

— И тебе привет, любимая, — его ледяной голос заставляет недовольно морщиться, словно от скрежета металла. Задираю голову вверх и скрещиваю наши взгляды, старательно игнорируя бегущий ток по позвоночнику. Ещё немного, и мощная энергетика Дмитрия снова разольется под кожей жарким огнём. Беру себя в руки."

"— На тебя работает вся ФСБ? — интересуюсь после короткой заминки.

Дмитрий не отвечает, подходит ближе, останавливаясь буквально в полушаге от меня, и нависает, словно хищник, которому наконец-таки удалось настигнуть добычу.

Его тяжёлый взгляд не предвещает ничего хорошего, а пальцы так и норовят сжаться в кулаки. Смотрит в мои глаза настолько пристально, прищуриваясь, что я даже чувствую, как эти два вспыхнувших тёмно-серых уголька переворачивают во мне всё вверх дном.

Молчание накаляет обстановку слишком сильно. Я буквально физически ощущаю, как в воздухе повисает напряжение, время останавливается и начинается вечность.

Такого острого волнения от «битвы» взглядов я ни с кем не испытывала, только с ним. Смотрю на него и не могу понять по выражению лица, какое желание раздирает мужчину больше всего.

Наконец Дима первым нарушает тишину пугающе тихим голосом:

— Я улетал с мыслью поскорее вернуться. Бросил наполовину решённые дела. Спешил к тебе как ненормальный, потому что скучал, а ты избегала моих звонков, наматывая мои нервы на кулак.