Мой (не) случайный

 — Цветы прекрасные. Оказывается, я люблю подсолнухи. А конфеты… Кажется, я получила только что оргазм, — постанываю и усмехаюсь.

В телефоне воцаряется тишина.

— Дим, алло! Ты меня слышишь?

— Слышу, Аля… — вздыхает он. — Я не дарил тебе цветов и конфет, — вдруг заявляет он.

Конфета застревает в горле. Я точно идиотка. Щеки начинают гореть от стыда и нелепости ситуации.

— Как не дарил?! А кто тогда?! — включаю дуру.

— Вот и мне хочется знать: кто? — уже недовольно интересуется он. — Есть варианты? — язвит.

Теперь молчу я, не зная, что сказать. Варианты, конечно, есть… Но рассказать об этом Диме я не могу.

— Ой, я такая идиотка. Это, наверное, Маше, — спихиваю свой идиотизм на соседку по комнате. — А я уже слопала половину ее конфет. Как неловко вышло, — тараторю, заговаривая зубы.

— А когда ты принимала подарки, то даже не поинтересовалась, от кого они? — вкрадчиво спрашивает он, не веря мне. И правильно делает — я дура.

— Да не сказал ничего курьер, вручил и убежал. Ладно, Дим, я сейчас позвоню Маше, — быстро скидываю звонок, до боли закусывая губы.

«Надеюсь, этот шоколад предаст тебе всю сладость послевкусия твоих губ. Александр Майоров».

Александр, гад, Майоров!

Даже этим он смог вмешаться в мои отношения с Димой, пошатнув их.

Мерзавец!

Ну зачем я ему сдалась!

Прихожу в ярость, оттого что моя привычная, уже давно спланированная жизнь рушится.

Жалко, конечно, цветы, они очень красивые, мне таких необычных никогда не дарили, но если я буду принимать подарки, то априори начну рассматривать этого мужчину для отношений. А я не хочу!

Холодно, морозно, быстро бегу к мусорным контейнерам, вышвыриваю пакет в бак. На минуту замираю в желании спасти цветы.

Нет! Нужно быть категоричной и безжалостной.

— Это называется вандализм.

Вздрагиваю от голоса позади меня. Резко оборачиваюсь и вижу Александра. Стоит и тоже смотрит на мусорный бак. Такой весь красивый, в пальто с поднятым воротником, в кожаных перчатках, пахнет своим умопомрачительным парфюмом и ухмыляется с высоты своего роста, осматривая меня. А я в пижаме, с растрёпанными волосами и в домашних тапочках. Даже не заметила, что выскочила в них.